Спасение не-рядового М.

Катерина? Узнать голос не было никакой возможности: видимость сминалась, как лист бумаги, осязание горело запахами, свет рвал кожу, звуки крошились и выворачивались из окровавленных пальцев. – Выживи!.. – теперь Майлз понял, что его зовет отец. – Ради…

…Конечно же, ради того, чтобы попасть на бал в императорский дворец. Там, где в благословенном тепле и ярком свете, кружатся пары, как кружит по улицам поземка. Майлз, спотыкаясь, рванул туда через сугробы, сквозь бьющую в лицо зимнепраздничную метель – худшую за последнее столетие.

Злой, полный колючих льдинок снег летел почти горизонтально, забивая воздухозаборники машин – или это размазывались в светлые полосы звезды за иллюминатором? Но там, за метелью, ждала его благородная леди жена и еще нерожденные дети.

«То есть как это – пускать запрещено?» Стражники у кованых ворот, похожие сразу на ряд ампул в коробке, на пули в обойме и на грубо отлитых оловянных солдатиков, скрестили пики с грозным:

– Вам, мистер Нейсмит, с вашим бетанским панибратством, во дворце делать нечего.

И вообще, сдайте труп в гардеробную!

Майлз растерянно оглянулся. Не труп – всего лишь раздувшийся воздушный шарик в дендарийском мундире адмирала, пустота, фикция, решительно уничтоженная им несколько лет назад. Шарик подпрыгивал на веревочке и тянул его в черные небеса.

Пролетая в вихре снега мимо освещенных окон, он увидел, как его взрослые дети – Эйрел Александр в коричневом с серебряными кленовыми листьями мундире и Хелен Наталия в бежевом платье и болеро, расшитом серебряными, золотыми и бронзовыми нитями, – танцуют танец отражений.

Один поднимает руку – и другая рука уже поднята; два лица, настолько же похожих, насколько разных; два человека, каждый из которых существует для своего мира в свое время…

Или же один, а всё, что вокруг – шутка Абсолюта?

Майлз поднимался ввысь, в зубодробительный холод, в пустоту неба, и оскорбленно ржущие драконы, вынырнувшие у него перед самым носом, оказались полной неожиданностью. «Здрасьте, ваш’величество», – оторопело окликнул он Снежную королеву, восседавшую в ледяных санях.

За ее спиною напирала хищная свита – зубастые, злые биоинженерные гадины, творение цетагандийских генетиков, готовые кинуться на него и растерзать по мановению прекрасной руки черноволосой королевы в белом.

Не королевы. Императрицы.

– Райан! Это же я! – безуспешно вопит Майлз, когда ледяные челюсти впиваются в тело, высасывая разом энергию и жизнь, точно молочный коктейль из пакетика.