Скучный декабрь

И дышать в которой уже не было сил никому. Простывшие рельсы мирно ржавели под снегом, бесстрастно пролегая из ниоткуда в горизонты. А путеец топал по хоженой тропинке, забираясь далее, мимо маневровых горок и тупиков к выходной стрелке.

Именно там, в оплывших сугробах, укрывавших остатки шлака и прочего мусора, толстый станционный начальник подобрал конверт с размытым адресом.

«Город, номера пани Лобусовской, господину преподавателю Мариусу Кропотне, лично в руки»

Эта находка и послужила поводом, что называется в высшем обществе, камерной встречи.

Произошедшей в чайной пана Шмули в четверг, а, может быть, и в понедельник. В общем – в один из дней скучного декабря.

— Вот, панове! - торжественно объявил Кропотня и обвел взглядом собрание. Бабка Вахорова, тонувшая в тулупе в углу, изобразила внимание, о чем свидетельствовало подрагивание пыльных вишенок ее невозможной шляпы. Пан Шмуля, вздыхавший над долговыми записями в углу, немедленно встал и разлил всем.

-Мой дорогой неизвестный незнакомец! – с выражением зачитал маленький философ и пустил пьяную слезу. На лавке, где сидели Леонард с торговцем сеном Мурзенко, зашушукались - момент вышел щемящим.

Случайно найденное остроглазым Коломыйцем послание адресованное отставному преподавателю гимназии, обещало большую любовь. И не беда, что датировано оно было шестнадцатым годом. Для самых глубоких чувств ни расстояния, ни время никогда не являлись большими препятствиями.

Вспомнить хотя бы Орфея и Эвридику, Пирама и Фисбу. Примеры ослепительной страсти и неземных лишений.

Любовь - несокрушимая и сияющая истина, одна из тех, что дарят пусть и маленькую и зыбкую, но все же надежду. Ту, за которую человек цепляется мертво в самых отчаянных временах. И держится изо всех сил, находя утешение в том, что при пристальном рассмотрении кажется беспросветной глупостью и детством. Блаженное утешение, кроющееся во всех этих фетишах отчаяния: письмах, обрывках мыслей, бережно хранимых локонах, пустых пузырьках из-под духов, женского белья, вздохах и прочего мусора.

Так было и в этом трудночитаемом листике, из поблекшего текста которого следовало:

«…Я вдова, скучающая по твердой мужской руке. Независимая (имею табачную лавку). Желаю встретить человека с патологической нервной натурой (по Крафту Эбингу) с относительным образованием, лета безразличны.