Ходившие и невернувшиеся

– Каждый выбирает сам… – пробормотал его гость, – Но вам главное, чтобы вам добыли знания… – Прохор задумался, схватил револьвер, до сих пор лежавший на столе, и выстрелил в Егора.

***

Два выстрела раздались практически одновременно. Массивный зверь замедлил свой бег, ухнул, у него подкосились передние лапы, и он кубарем упал в пяти шагах от Абиссова и Ленга. Сзади раздалось громкое фырканье и хруст ломающихся досок. Товарищи развернулись, Богдан успел не целясь выстрелить из своего карабина в атакующего их второго медведя.

Платон отпрыгнул в сторону и взял на прицел своего Лебеля успевшего замереть зверя. Тот оглушительно зарычал и стал водить мохнатой головой, переводя взгляд с русского на француза и обратно.

Капрал выстрелил, но на следующем патроне винтовку заклинило. Огромный бурый зверь, словно бы не заметив попадания, метнулся к французу, пока тот занялся своим ружьём. Тут ему в бок и попали две пули бывшего прапорщика русской императорской армии. Медведь по инерции пробежал оставшееся расстояние и уже мёртвым сшиб с ног человека, выбив из того весь дух.

Богдан бросил взгляд на дорогу, которая шла в сторону Белогорья, по ней медленно приближалось к деревне ещё с пяток медведей. Все крупные, все шли поодаль друг от друга, словно бы избегая встречи. Но видно было, что все движутся в деревню, и их не остановить одним оставшимся в стволе карабина патроном.

Прапорщик обернулся назад, там посреди улицы ехало на лошадях с ружьями наперевес пятеро конных бородачей, те же, что встретили их в брошенном Шабуне.

Среди них ехал и Фёдор, которого они за час до этого выставили из петрового дома. Он ухмылялся, но только когда они подъехали ближе, Абиссов заметил, что за пятёркой едет ещё один всадник, что ведёт двух лошадей, их с Платоном лошадей.

Прапорщик медленно сдвинулся к телу товарища, придавленного звериной тушей. Тот начал шевелиться, пытаясь выбраться. Бородачи приближались, торжествующе ухмылясь. Тот, кто вёл лошадей за собой, выехал вперёд, отпустил их поводья и хлестнул обеих.

Кони промчались мимо Абиссова в сторону поля, где по–прежнему шли медведи в сторону деревни. Ленг смог выбраться из–под туши, подобрал свою винтовку и стоял, пытаясь отдышаться.

С поля донеслось фырканье и истошное ржание. Богдан со злостью обернулся на всадников, но те по–прежнему ухмылялись и глазели на него и Платона, который в ужасе смотрел на медвежью охоту, что происходила сейчас на поле. Наконец Фёдор подал своим знак, и они взяли на прицел двух товарищей.