Ходившие и невернувшиеся

Просто люди шли целенаправленно к двум старым соснам, обозначающим границу деревенской земли, эдаким воротам в Белогорье.

За это время облака разошлись, и солнце стало нещадно палить. Тучи гнуса звенели над толпой и привязанными к деревьям голыми пленниками. Фёдор Ефимович, который верховодил расправой, внимательно посмотрел на жертв, пришедших в себя и застонавших от боли и нестерпимого зуда от мошкары.

А затем подошёл к ним, встал между, медленно развернулся и обратился к собравшейся толпе: “Люди православные! Вы знаете, как и я, как тяжело жить в Тайге по заповедям Христа и тех, кто пришёл сюда ранее и поселился у подножья этих гор! И вы знаете, как сложно ужиться с теми, кто обитает по соседству!” Он замолчал, обводя взглядом собравшихся, и тут Ленг смог сквозь тучу мошек разглядеть несколько таких же людей, как тот, который глядел на него через забор – с убегающим лбом и глазами–бусинками.

– Сыновья Пырнэ были благосклонны к нам, нашим предкам и нашим детям! – продолжил Фёдор свою речь, – Они позволили жить нам в добрососедских отношениях, не покушаясь на нас и наш скот.

Однако вы знаете, что они всегда требовали плату, плату во имя своего отца, Великого Пырнэ, первого Званого! Того, кто защищает всех живых от Подземного Старика.

– Что ты несёшь… – прошипел Богдан сплюнув кровью под ноги, его глаза почти полностью залепил гнус.

– Уговор был, в качестве платы мы не отдаём никого из своих… – Фёдор обернулся к нему и усмехнулся, но затем снова посмотрел на толпу, – Плату стоит приносить, когда её дарует нам Бог, когда его Провиденье приводит к нам в деревню путников! Мы все знаем уговор и должны его неукоснительно исполнять!

– Вы же называетесь православными, – с омерзением проговорил Ленг.

– А ты латинянин! – высокомерно произнёс бородач, – Латиняне все века зарятся на нашу землю и наши души! Отдать тебя лесному богу в качестве платы, в этом нет злого умысла!

Ропот прошёлся по толпе, все устремили свои взоры куда–то за спины пленников на курумник.

Оттуда раздался звук осыпающихся камней. Фёдор усмехнулся, развернулся в сторону звука и увидел как вниз по осыпи к дороге спускается огромный бурый медведь. Товарищи не видели, насколько огромен и ужасен был этот хищник. В два раза больше обычного бурого зверя, но самое ужасающее было то, что он имел ещё одну пару лап, чем производил жуткое впечатление своей нереальности и неправильности.