Гусары нечисти не боятся

«Ты либо спасешь, либо убьешь меня! Кто ты?»

- Куда ты уставилась?

Голос княгини Лавровской подействовал, как удар кнута. Софья вздрогнула и отпрянула вглубь ложи, откинувшись на спинку кресла.

- Н-никуда…

- Не лги. Ты пялилась на мужчин? На {этих} мужчин?

Девушка покраснела, чувствуя, что из глаз вот-вот хлынут слезы:

- Н-нет, тетенька, нет, правда…

- Смотри у меня! – погрозила та. – На тебя у меня особые виды. Я тебе такого жениха приискала – не чета всем прочим! Эти – тьфу! – пыль, мусор по сравнению с настоящим самородком.

Потом «спасибо» скажешь и в ножки поклонишься!

На этот счет Софья сильно сомневалась, но возражать и спорить у нее все равно не доставало сил. Она могла только сдерживаться, чтобы не разрыдаться и все искала, на чем бы остановить свой взгляд. Посмотреть в партер она не догадалась.

Николенька хмурился, хлопая глазами.

- Иваницкий, ты чего, друг? – окликнули его.

- Кто это? – промолвил юноша. – Кто это был?

- Где?

- Там? Третья ложа… Девушка…

- Девушка? – его взяли под локоть.

– С каких это пор ты обращаешь внимание на девушек? Не ты ли пять минут тому назад утверждал, что здесь нет ни одной красавицы, в которую можно влюбиться?

- Она, наверное, появилась только что, когда в зале действительно не было ни одной девушки, достойной внимания… Появилась и исчезла! – он кивком головы указал на то место, где еще несколько секунд тому назад, облокотившись на край, сидела Софья. – Никто не знает, кто она?

- Никто, учитывая, что никто, кроме тебя, ее не видел! – со смехом возразили ему.

- Вы считаете, что я ее выдумал? – взвился Николенька. – Поручик Ланской, вы, наверное, считаете меня лжецом?

Смех и шутки погасли. За такое обвинение мог последовать вызов на дуэль. Гусары, уланы, егеря, смешавшись родами войск, кинулись мирить спорщиков. Сам Данилевич вклинился между ними, примирительно разведя руки в стороны:

- Господа, господа! Это все только слова! В конце концов, я тоже сочиняю небылицы, и меня никто не называет лжецом только за то, что в моих балладах и пьесах я пишу о вымышленных персонажах!

- По-вашему, она – вымысел? – кипятился Николенька.

- Может быть! – кивнул поэт. – В конце концов, даже персонажи моих пьес – вымысел, по крайней мере, пока они не появятся на этой сцене… Если эта незнакомка – существо из плоти и крови, если она реальна, достаточно всего лишь доказать ее реальность.