Кровь Меровингов

Солнце заиграло на клинке с канавками для яда в трех долах. Знатоки оружия сразу узнали испанскую работу с клеймом Эрнандеса из Толедо.

Двуручный боевой меч Альбре оказался более ранней работы с длинным клинком и рукоятью, перемотанной железной проволокой и обтянутой кожей.

Узкие и остро заточенные на две трети мечи обоих рыцарей могли бы с легкостью пронзить кольчугу, но на турнире разрешались только рубящие движения.

Мечи рыцарей скрестились со звоном. Смертоносная сталь жаждала крови. Воздух накалился.

Нервы напряжены. Соперники обменивались такими сильными и яростными ударами, что клинки высекали искры.

Сердце Луизы то замирало, то билось с удвоенной силой. Яростная схватка продолжалась.

Рыцари дрались так, будто от них зависела судьба Палестины. Дрались молча, не говоря ни слова, в то время как другие рыцари выкрикивали свои девизы, имена своих дам, угрозы или же обращались к Богу. Двое мужчин сражались за ту единственную, которая наблюдала за ними из своей роскошной ложи.

Филипп постепенно теснил испанца на противоположный край арены. Де Торнес оборонялся. Излишняя горячность делала его удары поспешными и не выверенными. Филипп вел бой сосредоточенно, сильнее и искуснее владея мечом. Под сильными ударами испанец отступал, теряя живость движений. Несколько наступлений, и Филипп прижал противника к ограде.

– Альбре!

– Альбре! - вопила толпа, нервно и с нарастающим требовательным призывом выкрикивая имя красавца рыцаря.

Для них испанец сразу перешел в категорию злодея, которого отважный герой должен был убить.

И никак иначе! Впрочем, их развлекало само зрелище, очередная история любви рыцаря к прекрасной даме. Для Филиппа настал решительный момент в жизни.

На кону честь и любовь. О жизни он не думал. Что такое жизнь без любви и чести?!

Отразив удар и увернувшись в сторону, де Торнес перешел в наступление. На Филиппа посыпались запрещенные удары, одним из которых он был ранен в левое плечо.

Трибуны неодобрительно загудели.

Времена скандинавских варварских побоищ без правил и пощады соперника давно канули в Лету. Кодексы турниров строго прописывали условия поединков.

Меч коварного испанца прошил латы рыцаря в сочленении нагрудника с плечом. Кровь брызнула из раны. Рука отяжелела. Не в силах удерживать щит, Филипп отшвырнул его в сторону. Теперь он открылся для нападения. Занимая какое-то время позицию обороны, постепенно Филипп перешел в наступление.