Кровь Меровингов

Весь ее домашний мир, до сих пор такой гармоничный и счастливый, теперь рушился. Страшно подумать, что будет дальше. Да она и не думала ни о чем сейчас.

– Монастырь научит тебя смирению, - промолвил наконец граф. - А если ты и после этого откажешься стать женой де Торнеса, то вернешься в монастырские стены навсегда!

Воцарилось полное молчание.

Сэр Бернар вышел из залы, громко хлопнув створками дверей.

Луиза лишь пожала плечами. Монастырь не пугал. Если будет нужно - у нее достанет силы выбраться из него.

Конец дня для всех обитателей замка прошел как в трауре.

Раздосадованный непокорностью дочери, граф отправился осматривать свои конюшни, где взгрел конюхов за лентяйство и худую работу.

Беатриса распоряжалась сборами перед отъездом Луизы. Жан хотел было поговорить с сестрой, но ее заперли в комнате и никого не пускали. Даже Гийому не разрешили подходить к двери комнаты Луизы, словно она совершила тяжкое преступление.

Слуги вздыхали, охали и качали головами, от всей души жалея молодую госпожу.

«Треклятый испанец рано или поздно объявится.

И тогда его придется убить! Отец едва сможет простить мне это», - размышляла Луиза, с отрешенным видом сидя у каминной решетки. Она не хотела доставлять боль горячо любимому батюшке, расправившись с испанцем у него на глазах. Смерть негодяя не должна лечь пятном на родной замок. Нужно срочно что-то решать.

Жарко пылал камин. По углям гуляли всполохи огня. Разливающееся тепло расслабляло, успокаивая нервы.

Серое рыхлое небо прилипло к окну, дыша промозглой сыростью туманной оттепели.

Полумрак разлился по углам. Запах талой воды пробирался в комнату с тихим шуршанием мокрого снега.

– Монастырь - лишь затишье перед бурей. Скоро все изменится! - сказала себе Луиза, подкинув в огонь пару поленьев. - Если не испанец, то долг Хранителей рано или поздно вынудит меня покинуть дом.

Ранним утром карета подъехала к крыльцу замка. Молча обнявшись с Жаном, Луиза спускалась по лестнице. Гийом провожал ее.

– Не отчаивайтесь, моя госпожа! Мы найдем выход! - прошептал он на ухо.

- Вам ничего не угрожает в монастыре, аргуллы не могут проникнуть на святую землю!

Она не ответила. Забряцали доспехи. Небольшая кавалерия из кольчужников заняла позиции сопровождающих. Кутаясь от промозглого тумана и сырости подтаявшего снега, Луиза прошла мимо замковой челяди и села в карету.

Простонал железными цепями и с глухим стуком упал подъемный мост, отворяя взору зыбко-расплывчатые очертания милого сердцу пейзажа.

Ее ссылка началась.