Проклятие Прометея. Книга вторая. Александр, сын Филиппа. Герой

Минотавр преградил мне путь бы – я бы Минотавра оседлал!

- Я сумею с ним справиться!

Тень кидается мне под ноги, тень охватывает меня со всех сторон – и превращается в причудливый клубок переходов, рождённый гениальной фантазией Дедала-Мастера. Но где же ты, Минотавр?

Вот – он.

Вот – я.

Кто чудовище, кто герой из нас? Люди рассудят потом, а сейчас – один на двоих коридор...

Вот – я.

Вот – он.

Кто победит из нас, кто умрёт? Мы решаем сейчас, мы решаем вдвоём, остальное – потом... И один на двоих коридор.

Один – на двоих...

Мы смотрим друг другу в глаза. Я и чудо-зверь, так похожий на кентавра и на Минотавра. Так похожий на мою память и на мой страх.

Есть такой ритуал – приношение коня. Вроде бы далеко на востоке, в Индии, которая не больше, чем сказка, считают, что совершивший сто ашвамедх – так они зовут это приношение - одолеет бога-громовержца.

Деревянный конь посреди Трои.

Чёрный, как ночь, конь со звездой во лбу – здесь.

Второй раз? Только второй? Уже второй?

Ты готов, бог-громовержец?

На миг я встречаюсь взглядом с одноглазым Филиппом.

Испепеляющие молнии и искры радости сливаются в едином потоке света.

- Радуйся, царь! – кричу я, бросаясь к коню, взлетая на спину, впиваясь пятками в бока, руками в гриву. – Радуйся!..

А потом быкоголовый уносит меня к горизонту. И дальше. И выше.

Ты был прав, Гефестион – побеждать Трою может надоесть. Мне уже надоело. Мы вкатим камень на самую высокую гору и уже с него доберёмся до неба.

- Тебе страшно? – косит на меня глазом мой скакун.

- Нет! – кричу в ответ на взгляд-вопрос.

И стены Лабиринта рушатся, как тогда – откуда я помню это? почему это помню я? – на Крите, во дворце Миносов. Разве это был я? Или что-то во мне...

Стены рушатся – нет больше коридоров, но остался Путь. Один на двоих?

- На всех, - бросается через плечо влажный взгляд мой конь, чёрный, как мой детский страх, но со светлой звездой на широком бычьем лбу, звездой, что укажет мне Путь.

- Неужели, это только второй раз? Сколько же ещё предстоит!

И страха больше нет. Ни больше, ни меньше – вообще нет.

Я возвращаюсь, чтобы начать – продолжить? – свой Путь.

- Македония слишком мала для тебя, Александр, - слышу голос Филиппа, но никак не могу разглядеть, что же в его взгляде – искры? Молнии? – И весь этот мир мал. Лучше бы ты поискал для себя другой.

А я смеюсь.

Я радуюсь.

Сегодня я взял Трою – против правил.