Проклятие Прометея. Книга третья. Александр, сын Аммона. Бог

Где же твои гоплиты, Мемнон, сын Зари – или чей ты нынче сын? Где опытные пехотинцы, едва ли не равные моим фалангам опытом и умением? А, вон они – за крупами разряженных великолепных лошадей, любуются на заплетённые конские хвосты... Встречать меня вышла Азия, оставив наёмников Мемнона - купленные за золото персидских царей клочки Европы - во второй линии.

Азия.

Они все здесь, они ждут – Геллеспонтская и Великая Фригия, Лидия и Иония, Каппадокия, Киликия, даже осколки пока далёких Гиркании, Мидии, Бактрии.

..

И конечно, хоть и на заднем плане – Эллада. Всё та же старая знакомая Эллада, не желающая выпускать меня из своих вековых границ, из установленных тысячелетия назад пределов...

Твои границы истлели, прошлое!

Я – будущее! Я уже здесь.

- Царь...

Он снова закашлялся, давясь ритмом моего дыхания, старик Парменион. Но вот прошло... Вот – прошлое...

- Позволь дать тебе совет, царь! Армия устала после четырёхдневного марша...

- Я же приказал накормить их? Разве это не сделано?

- Твой приказ выполнен в точности, царь! – кажется, старик даже обижен подобным недоверием.

– Но, поверь, ни один полководец не вёл войско в подобное сражение с марша...

Оглядываюсь – фаланга только-только подтягивает своё тяжёлое тело к берегу, нестройной толпой бредут фракийцы, иллирийцы... Греки, щуря глаза, внимательно вглядываются в противоположный берег – боясь узнать знакомые лица в строю позади блистательной персидской кавалерии...

Вести их сейчас в бой? Ни один полководец не решился бы.

..

Но я – один. И если надо – пойду один на тот берег, за грань, за Граник...

- Царь! Это безумие! – пытается возразить, образумить меня опытный Парменион, но растерянно умолкает, окунувшись неосторожно в мой взгляд. Что ты видишь там, старик? – Это безумие, царь...

- Я пересёк Геллеспонт – границу между Европой и Азией. С ходу. И меня не задержит ни на миг Граник – речка, отделяющая вчера от завтра! Посмотри на тот берег, старик! Там – завтра! И уже сегодня я достигну его!

- Было бы.

.. разумнее разбить лагерь и дождаться утра, царь, - произносит Парменион, оглядываясь на клонящееся к горизонту солнце у нас за спиной. Он уже понял, что спорить со мной теперь бесполезно, но одышка прошлого заставляет возражать, настаивать...

- Утро мы встретим в лагере персов!

Отправляю старика на левый фланг к фессалийцам. Сегодня я прав – и сегодня же буду на правом берегу Граника.