Проклятие Прометея. Книга третья. Александр, сын Аммона. Бог

- Хочешь, я принесу тебе жертвы, Александр? – хмурится птицегадатель Аристандр, в своём неизменно белоснежном одеянии так похожий на пернатых жителей неба.

- Мне не нужны жертвы – я не бог.

- Да, - согласно кивает птицежрец. – Боги не жертвуют собой так неоглядно. Сколько раз ты умер сегодня?

- Я всё ещё жив.

- Ещё бы – ведь ты всё ещё – всё. А всё погибнет не скоро. Разве что, вместе с тобой.

- Это тебе рассказали птицы? – улыбаюсь старику, радуясь, что, похоже, никто больше нас не слышит.

- Это мне говорят мои глаза, богоцарь.

Он удаляется – степенно и важно, не смотря на стариковскую тяжесть поступи – мрачная белая птица, предпочетшая небу землю.

- О чём беседовал с тобой Аристандр? – заинтересованно спрашивает Гефестион.

- О жертвах, - пожимаю плечами в ответ.

- Ты уже принёс их?

- Я уже их принял…

- Так прими и это, - с этими словами самый близкий друг протягивает мне удивительной работы ларец, украшенный драгоценными камнями и дивной резьбой.

- Откуда это? И что в нём?

- Из добычи, взятой в лагере персов.

Приходит в голову что-то про ящик Пандоры – но уверенно отгоняю нелепые мысли, и открываю ларец.

В нём – пусто.

- Что ты станешь хранить в нём? – спрашивает, заглядывая мне через плечо (правое!), Гефестион.

Думаю не долго – решаю мгновенно.

- Прошлое. Чтобы не забыть, зачем я иду в будущее.

Я положил в шкатулку "Илиаду" – ту самую, составленную для меня Аристотелем.

Прошлое.

Боги подарили людям ящик Пандоры – что ж, я тоже подготовлю небожителям сюрприз.

Кто-то заглядывает мне через левое плечо, благоухая запахом цветущего винограда.

- Изыди, Бромий, - отмахиваюсь небрежно от шумного бога хмельного веселья. – Люди прокляли любопытство Пандоры – хочешь, чтобы боги прокляли тебя за твоё?

- В ящике Пандоры были и мои дары смертным, Александр. Может, у меня найдётся, что положить и в твой ларец?

- Там уже всё есть.

- Уже всё?

- Пока всё, - твердо отвечаю богу и оборачиваюсь, желая встретить его взгляд – но того уже нет рядом.

- Это был Дионис? - догадывается Гефестион, с интересом разглядывая содержимое своего кубка.

- А кто же ещё? – раздражённо дёргаю левым плечом, словно желая избавиться от ощущения близости бога лозы и чаши.

- Он становится слишком частым гостем при дворе – и, похоже, желанным? От чего ты бежишь, Александр?

- Мне бы понять, куда я бегу… - шепчу, осушая свой кубок.

"Я буду ждать тебя…"

***

Я все же посетил цариц. Одинаково боясь увидеть и не увидеть Её среди них.