Проклятие Прометея. Книга четвёртая. Александр. Человек

Но там, на кажущейся неприступной вершине, меня ждала Любовь.

- У тебя есть крылатые воины, Зу-л-карнайн?..

***

- Почему вы отдали мне Бесса, Оксиарт? – спросил однажды Александр у своего всё ещё смущающегося при встречах с ним тестя. – Почему Спитамен отдал мне Бесса?

- Он отдал тебе тело, Александр…

Согдиец прав. Когда приехали плосконосые, с обветренными лицами посланники Спитамена и сообщили, что ты можешь получить Бесса – они не привели бактрийца с собой. И когда Птолемей Лаг с гипаспистами, агрианами и кавалерией ворвался в распахнутые настежь ворота пыльного городка Наутаки, оставленного в нём мятежного безумца, самовольно принявшего титул Царя царей после убийства Дария и назвавшегося Артаксерксом IV, - его даже не сторожили.

- Он ведь не хотел, чтобы его называли Бессом, этот ополоумевший бактриец. Только – Артаксерксом. И вздрагивал всякий раз, когда кто-то случайно ли, нарочно забывал о запрете…

Ты помнишь его, царь? Обнажённый, дрожащий – он стоял у дороги, вдоль которой маршировала твоя непобедимая армия.

- Не Бесс… Не бес… Артаксеркс!.. Четвёртый… Но – не Бесс…

И царь Александр, чудовищный, наводящий ужас Македонянин, Зу-л-карнайн, что значит – "Двурогий", – ты ехал последним, вслед даже не за пехотой – за обозом и медлительными, как черепахи, осадными машинами. Ты остановился прямо перед ним, укрыв от палящего солнца своей тенью…

Он вздрогнул – как от удара.

Он упал – как от удара.

Он вцепился дрожащими пальцами в полумесяц рогов тёмного силуэта, распростёртого на земле перед ним, бормоча, крича, умоляя:

- Не Бесс… Только не бес!.. Артаксеркс! Четвёртый! Какой угодно и кто угодно – только не бес!

- Не Бесс, - сказал ты тогда, отступая на шаг и небрежным движением руки пряча свою тень за спину, словно полу плаща – полдень миновал? Нет, просто время и небо уже не властны над тобой. - Не Бесс. Ты – Артаксеркс Четвёртый. Вероломный узурпатор и изменник, убийца своего законного царя Дария III Кодомана из рода Ахеменидов.

А он целовал тебе ноги, а после – копыта пятящегося Буцефала, шепча благодарно:

- Только не Бесс!.. Артаксеркс… Убийца… Достоин смерти и самой жестокой казни…

Ты помнишь, что увидел в его лице, Александр? Помнишь, почему, отправляя бактрийца в Экбатаны на суд и расправу родственникам Дария, ты приказал обезобразить его, отрезав нос и губы?

Это было твоё лицо, Александр.