Певец смерти

Это она тебя унюхала, женишка своего.

Мне ничего не оставалось, как успокоить его подзатыльником, а то развеселился, родимый. Главк, не устойчивый от своего счастливого настроения, лицом врезался в куст. Его плечи дрожали от внутреннего смеха, содрогая все ветки.

- Да, тихо ты, - я вцепился в него, пытаясь привести в чувство, но сам еле мог сдержаться.

Наконец они скрылись, и мы, никем не замеченные, отсмеялись.

- Я. как представлю тебя, в её старческих объятиях, так умираю от смеха.., - наконец объяснил своё поведение мой дружок.

Мне Эос нравилась. И вовсе она не была старой, всего лишь лет на пять или шесть старше. Я демонстративно развернулся и стал смотреть в ту сторону, куда они скрылись, думая, что наверно не в возрасте дело и даже не в красоте. Я не мог бы назвать Эос даже привлекательной, но что-то есть в ней такое, что притягивало меня, заставляло думать только о ней. Что? Какая разница. Знаю только одно, что лучше неё никого не встречу. Она будет единственной для меня женщиной на всю жизнь.

И Главк не понимает этого. Он бы не смог понять никогда, особенно, если он говорит правду, что их царей не приносят в жертву.

Жертва, жертва... Это великая и неизбежная вещь... Мне стало грустно... Он тоже заметил смену моего настроения, утихомирился.

- Главк, пошли, - я тронул друга за руку, - зимородков смотреть.

Мы побежали по прямой, не разбирая дороги. Ноги попадали на острые камни, но нас это только забавляло. Постепенно настроение возвращалось.

Волосы Главка растрепались, и походили на змей медузы Горгоны. Уж не знаю, как выглядел я, но тоже думаю, не лучше. Пробежав храм, мы мчались по холму. Око Великой Богини уже не давлело над нами, и мы, смеясь, неслись к ручью. Я, даже, ухитрился поставить ему подножку, и Главк растянулся во весь рост. Смеясь и дурачась, мы спустились к воде.

От ручья вверх разлетались лёгкие брызги. Он беззаботно журчал. В нём была сама жизнь, и я не в силах был оторвать от него глаз. Правда, возникло желание туда плюнуть, но я сдержался.

- Эгер, иди сюда.., - раздался где-то в стороне голос Главка.

И я, кривляясь и шлёпая босыми ногами по ручью, помчался к нему. Он жестом остановил, теперь уже он приказывал придерживаться спокойствия.

Я на цыпочках подкрался, намереваясь толкнуть Главка в спину, чтобы он упал. Друг предугадав мои действия, чуть отодвинулся и заговорчески тихо произнёс:

- Смотри...

Я наклонился. В норе на яйцах сидела испуганная пичуга.