Избранник

А в мое сердце вонзилась невидимая игла. Я взглянул на свое стихотворение и нашел его ужасным. Сколько мне осталось? Меня охватывала паника. Я сел, поджав под себя ноги, и уста-

вился в стенку.

Сидевший рядом монах заметил мое состояние и что-то шепнул своему соседу. Тот поднялся на ноги и скользнул к выходу.

Оставшийся поставил передо мной две палочки с благовониями и зажег их. Стало чуть легче.

- Пусть принесут напиток перевоплощения, - тихо сказал я. - А то я не смогу достойно исполнить долг шэньди.

Монах кивнул.

- Сейчас.

Ждать пришлось недолго. Перегородка с моим стихотворением отъехала в сторону. За ней стояли на коленях императорские воины во главе с Сым Тай-ши. Совершив тройной поклон, они поднялись на ноги, и Сым заговорил:

- Пришло время, о шэньди. Я, как Распорядитель Смерти Императора Гуа-ди, должен проводить тебя в Зал Перевоплощений.

Зал Перевоплощений оказался совсем рядом, через три перегородки. Старый Император лежал на небольшом возвышении, укрытый множеством шелковых одеял.

Лицо в густой сети морщин, как земля после засухи, острые черты, как скалы в пустыне, глубоко запавшие глаза. В ногах Императора, в паре чи от его ложа, находилось еще одно возвышение, длиною в рост человека и высотой примерно по пояс. У основания торчали многочисленные курительные палочки, пока не зажженные.

Меня поставили между вторым возвышением и ложем Императора. Рядом встал Сым Тай-ши.

- Вот шэньди, которого вы избрали, о божественный Тянь-цзы. Но он пытался бежать и предал своего вассала.

Не изменили ли вы решения, государь?

- Некогда искать нового шэньди, - проскрипел старческий голос. - Да и этот вполне хорош. У шэньди нет своей воли. Не был бы вором или презренным актером, а имел быстрый ум, здоровое тело и благородную внешность.

Сым Тай-ши поклонился.

- Он лучший.

Лучший! Действие напитка прошло, и я смотрел на императора с ненавистью и отчаяньем. Он встретил мой взгляд, как клинок на клинок. Нет! Как молния на клинок. Я опустил глаза.

- Мэй, - тихо сказал Император.

- Сейчас, когда действие напитка ослабло, и твой дух отчаянно цепляется за тело, которое ему больше не принадлежит, твои мысли свободны. Скажи мне,

хочешь ли ты, чтобы Я покинул землю и вернулись века несчастий?

Я молчал. Да, страна жила в мире с духами стихий, и ни засухи, ни наводнения не касались наших земель. Всем известно, что это свидетельство благодати правителя. И сословия жили в

гармонии друг с другом, выполняя свой долг и занимая свое место.