Призраки синих пальм

Мы помним, кому принадлежит дом и кто все эти годы честно платил нам жалование, хоть и не жил в Энире. Так думаем мы все, кроме одного слуги, которого господин Тунно Кольче привёл с собой.

– Отлично, Зетта... А теперь ступай. Моя юная родственница и в самом деле привыкла отходить ко сну без посторонней помощи.

Служанка невозмутимо кивнула и неспешно удалилась.

– Приятно, что слуги так думают, – глядя ей вслед, тихо сказал Вейки Вейчер. – Знаешь, ужасно досадно, что этот прохвост залез в мой дом. Но, согласись, у него есть размах.

Меньше года беспросветного свинского поведения – и он уже устроился по-человечески... Ничего, это ненадолго!

Перед тем как разойтись по спальням, гости ненадолго задержались в коридоре. Оба говорили быстро и тихо.

– Дядя Вейки, ты очень огорчён? Нет надежды возродить рощу?

– Надежда есть всегда, Та́ви.

– Но ведь этот хомяк сказал, что выходцы увезли все восемь мешочков с семенами.

– В том-то и дело: мешочков было девять. А Тубор Браг – честный, надёжный служака. Я его помню, он был женат на моей прежней экономке Листе.

.. Ладно, Тави, иди спать. Только не забудь заложить засов на двери.

– А в чём дело?

– Тунно Кольче положил на тебя глаз.

– Чего-о?

– Да тише ты... Глаз, говорю, на тебя положил, едва зашла речь о приданом. Не хочу, чтобы он притащился в твою спальню... высказывать охватившие его высокие чувства.

– Да я ж ему так выскажу... подсвечником между глаз!

– Ах, Тави, это так неженственно!

– Дядя Вейки, прекрати издеваться!

– Извини, больше не буду.

Просто запрись, хорошо? Спокойной ночи.

Глава 3

3

Цирк Шарго не направился сразу в Энир. И даже не потому, что цены на городских постоялых дворах обычно кусались. Просто именно здесь, в бедном предместье под названием Довесок, куда и свернули фургоны, у бродячей актрисы Айри Шарго был, как ни странно, собственный дом.

– Тут раньше жила гадалка по имени Гекта, – рассказывал Рике новому актёру. – Уж такая была старуха – весь Довесок её уважал. И побаивались малость, не без того.

Она всех насквозь видела и каждому судьбу рассказать могла – на сколько хочешь лет вперёд, во! А наша Айри её совсем не боялась.

– Да она, похоже, вообще никого не боится, хозяйка-то, – почтительным шёпотом отвечал ему Беппе-Недотёпа.

– Айри сама говорит, что ничего не боится только слизняк, потому что у него мозгов нету. Но – да, она отчаянная... Так я про старуху Гекту. Когда она померла, оказалось, что она перед тем в Энире побывала и завещание написала.