Паломник. Том 2

Незаметно толкнув его под столом, Пётр убедился, что грек правильно его понял и успокоился. Как бы он ни относился к Давиду, помнил, с какой лёгкостью он меняет решения, если считает, что вправе так поступить. Между тем, юношу после сытного обеда клонило в сон, и он ждал, когда князь возобновит разговор.

— О делах поговорим завтра, — неожиданно заявил князь, вытирая руки белоснежной салфеткой, — а сейчас, как и обещал…

Не глядя, Давид воздел руки и воины вложили в них кожаные кошели. Взвесив в руке, князь поставил их перед опешившими гостями.

— Здесь достаточно, чтобы отплатить вам за доброту. Если покажется мало, скажите, я добавлю.

Наблюдая за реакцией своих спасителей, князь не скрывал благостного настроения, но ошибся. Пётр, недолго думая, хотел отодвинуть кошель от себя, но грек не дал этого сделать. Мгновенно протрезвев, он сгрёб оба мешка со стола и развязал один из них. Заглянув внутрь, засиял от радости и проговорил с придыханием в голосе:

— Благодарю, господин. Вполне достаточно.

На какой-то момент Петру показалось, что его друг оправдывается, и он соображал, как может сгладить неловкое положение. К его удивлению, князь принял благодарность, как должное, и ещё шире расплылся в улыбке. Дождавшись, когда грек уберёт деньги, добавил:

— Получите ещё столько же, если устроите мне встречу с кем-нибудь из вождей.

— Договорились! — выпалил грек и поджал губы, заметив взгляд друга.

— Нам надо подумать, — проговорил Пётр.

— Можете подумать, я не тороплю, — согласился Давид, — полагаю, вам пора.

Андрей с готовностью поднялся из-за стола и без оглядки направился к выходу, а Пётр немного замешкался.

— Задержись, будь добр, — произнёс Давид и проводил взглядом грека, — нам надо поговорить, пока вы не приняли окончательное решение. Оставьте нас, — добавил жёстко и оглянулся по сторонам.

К удивлению юноши, зал покинули не только слуги, но и воины. Последним поднялся старик, так и не притронувшийся к еде за обедом.

— Как давно ты знаешь своего друга?

— Достаточно, чтобы не сомневаться в нём, — не задумываясь, ответил Пётр.

При отсутствии посторонних, юноша чувствовал, что может разговаривать с Давидом на равных, хотя это было далеко не так.

— Мне показалось, вы совершенно разные.

— Он вырос в семье торговца на свободном острове, а я в монастыре, вот и вся разница.