Паломник. Том 2

— Возможно, мне показалось, — князь нехотя согласился и собирался продолжить, но Пётр воспользовался возникшей паузой:

— Вы же просили меня остаться не для того, чтобы обсуждать моего друга? — этот разговор с глазу на глаз стал тяготить юношу.

— Конечно, нет, — князь замолчал, подбирая слова. — Если ты настаиваешь, перейдём к делу…

Пётр без труда определил, что этот разговор не нравится Давиду не меньше, чем ему самому.

-… Видишь ли… там… на поляне…, когда ты подошёл ко мне с ножом, я решил, что ты хочешь меня убить, чтобы отомстить за друга, — заметив, что юноша хочет возразить, остановил его жестом.

— Тогда я сказал лишнего и теперь сожалею об этом.

— Многое из того, что вы говорили, я не понял, — не покривив душой, ответил Пётр и заметил, как стало меняться лицо князя.

— Не пытайся меня обмануть, мальчик. Я прекрасно вижу, что ты знаешь наш язык.

Юноша ощутил всем телом, как тьма сгустилась и нависла угроза. Непонятно почему, князь искал повод для ссоры. Как ни старался, Пётр не мог понять, чем это вызвано и видел только одну причину.

— Если это из-за денег, то мы готовы их вернуть и сейчас же покинуть дом.

Пётр сразу же пожалел о своих словах. Глаза Давида стали наливаться кровью и он едва сдерживался, чтобы не кинуться на гостя.

— Речь не о деньгах! — прошипел князь. — Я тебе напомню. Тогда я сказал о мести сыновей Митры и не оставил себе выбора. Подобные слова можно смыть только кровью.

— Вы же не станете убивать гостя, после того как мы спасли вас?

— Ты сам сказал, мы в расчёте, — напомнил Давид.

— Тогда вам придётся убить нас обоих, — проговорил юноша, чтобы выиграть время.

— С этим не возникнет трудностей, — усмехнулся князь. — Мои люди присматривают за твоим другом. Наверняка он уже спит, положив деньги под подушку.

Как ни хотелось это признавать, князь, скорее всего, был прав и Пётр теперь только ждал, когда он отведёт взгляд, чтобы выхватить кинжал и вступить в схватку.

— Но, — Давид воздел указательный палец, — я не собираюсь вас убивать.

Как бы то ни было, я обязан вам свободой. Есть другой выход. Если ты примешь веру моих предков, то необходимость в этом отпадёт. Поверь, не многие удостаиваются такой чести. Тайна будет сохранена, и я не поставлю под угрозу своих братьев. Ты сможешь спасти друга и сохранять видимость своей веры на людях. Более того, если и твой друг согласится, сможете поступить ко мне на службу. Ты не выйдешь из этой комнаты, пока не дашь мне ответ.