Паломник. Том 2

Четырёхнедельный переход к Гераклее обошёлся без значительных потерь, возможно, благодаря наличию проводника и достаточному количеству источников на караванном пути. Начало осени хоть и не принесло ожидаемых дождей, но избавило крестоносцев от изнурительной жары и жажды. Тем не менее, выросшие, словно из-под земли, заснеженные вершины Киликийских ворот, стали непреодолимым препятствием на пути крестоносного воинства.

За всё время в пути, Давид ни разу не дал поводов усомниться в своей надёжности, вот и сейчас вывел отряд Танкреда к крепости.

Приготовившись к осаде, норманны вскоре убедились, что она брошена, как и многие другие на долгом пути. Решив, что может занять её по праву, Танкред вскоре убедился, что просчитался. По мере того как прибывали остальные армии, князь Боэмунд приказал покинуть крепость, разрешив остаться только самому Танкреду и сопровождающим его рыцарям. Стиснув зубы, Танкред выполнил приказ, но решил, что на предстоящем совете выступит против своего дяди, что бы он ни предложил.

________________________

[9] Ишхан – (ист.) княжеский титул в Киликии, представитель высшего сословия у армян. В Средние века присваивался князьям, наделённым реальной властью, в отличие от наследных или «молодых» князей.

[10] Торос (? – 9 марта 1098) – (ист.) армянский князь (ишхан), правитель Эдесского княжества.

[11] Тавр – (геогр.) южные прибрежные горы Киликии на территории современной Турции, протяжённостью 1600 км. и шириной 200 км. Абсолютная высота – 3726м.

Глава 10

Крепость у подножия Тавра на границе Киликии,

Военный Совет предводителей.

20 сентября 1097 года.

Внутренний двор крепости едва вмещал многочисленную свиту предводителей, некоторые и вовсе были вынуждены оставить коней за воротами. Зал на втором этаже не мог вместить всех желающих и князь Боэмунд даже думал закрыть вход Танкреду на Совет, как и многим другим, менее знатным рыцарям, но, к его удивлению, племянник проявил настойчивость и заявил, что хочет донести важные сведения. После этого подозрения князя только окрепли, но он уступил настойчивым просьбам Танкреда, сомневаясь, что ему вообще дадут слово и тем более станут слушать, решив таким образом преподать урок строптивому родственнику.

По обыкновению, после короткого вступления епископа Адемара, слово взял граф Гуго, а следом — граф Раймунд. Пространная речь о предстоящих завоеваниях была прервана гулом голосов, и граф вынужден был передать слово Готфриду, который сразу перешёл к делу.