Дух Берсерка

Лезвия с лязгом скрестились и выбили искры, рукоять меча повернулась в потной ладони, я едва успел отпрянуть от устремившегося навстречу топора, опасно приблизился к краю холма, за пределами которого не только мой проигрыш, но и судьба Дары.

– Что за железо, коли его не берёт метеоритный клинок? – крикнул я, уже почуяв разгадку. И одновременно радуясь передышке.

– Его ковали цверги! – хохотнул Ульф.

Он не успел вновь впасть в бешенство, я сам, точно неистовый Игг-Один, взъярился и напал на Ульфа. Меч вторично прорвал звенья кольчуги, теперь уже на груди викинга.

Клинок косо впечатался в плоть, с чавканьем вышел, оставив узкую красную полосу. Зашатавшийся дан отступил, кольчуга мгновенно обагрилась рудой, топор со стуком выпал из разжавшейся руки всё ещё не верящего в поражение викинга.

– О-о-один! Прими верного сына! – из последних сил прохрипел он. Гаснущий взор наткнулся на меня. – Я спустился бы в Хель с сыном Харальда… Будь твёрд, Торстейн и тебя никто не одолеет.

– Теперь ты узреешь моего отца.

Суровое лицо Ульфа смягчилось, он с усилием отступил на шаг, уже мёртвое тело безвольно упало в высокую траву по ту сторону холма.

Трава приняла его в свои объятия, желая укрыть от мира, а с чистого неба в море влетела светло-яркая, ослепляющая стрела. Вода ни капли не колыхнулась, молния просто растворилась в ней.

– Боги велят похоронить его в море, как наших предков, – тихо выговорил я.

– Как героя, что погиб в бою, – раздался позади сильный и печальный голос Полкана.

Дара молча наблюдала, как мы с одним из этериотов подняли тело за руки за ноги, перенесли на берег, где я закутал мертвеца в его же плащ.

В накрывающих нас сумерках я всё же успел перехватить загадочный взгляд девы. Она смотрела на тело Ульфа со смесью скорби и облегчения.

– Мне показалось, или вы знакомы? – подбрёл я к всаднице, не отрывая глаз от её лица. Верхом она чуточку возвышалась надо мной.

– Не просто знакомы, – едва слышно отозвалась Дара. – Ульф – муж моей матери и отец сестры. А также бывший датский конунг.

Мои брови сошлись, в мозгу заскрипели мысли.

– Ты зря не сказала…

– Не думаю, что это было необходимо.

– Вот я и говорю. Мы могли бы обойтись первой кровью, – взор блуждал в пространстве.

– Его убили бы там, в Константинополе. На таких видных начальников охотятся в первую очередь, чтобы оставить без главной защиты царскую семью, – Дара легко соскочила с лошади и приблизилась. Тёплые пальцы коснулись щеки, я обратил взгляд на деву.

– Мы сражались открыто.