Путешествие на Восток

— Сиди здесь, пока шторм не стихнет! — гаркнул мне вслед Хью и с грохотом захлопнул крышку люка.

Сразу за этим корабль снова качнуло, и я больно ударился локтем о ближайшую переборку. Чертыхнувшись, я сделал пару шагов в полумраке и, отдернув плотную штору, оказался в крохотном помещении, освещенном тусклой лампой, покачивающейся на бронзовом крюке, вбитом в потолок. В нос ударил тошнотворный смрад прокисшего вина, гнили и экзотических пряностей в несусветном смешении. Нагромождение ящиков у стен скрипело и ходило ходуном всякий раз, когда судно бросало на борт, и пеньковые канаты, державшие все эти ящики, не казались мне достаточно надежными, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Нетрудно было представить, как один из канатов лопается, и дубовый короб, доверху наполненный медной утварью, оружием или чем еще торгует Певчий Джон, срывается с места и в одно мгновение расплющивает меня в лепешку.

Я поспешил к противоположному выходу, за которым увидел ряды винных бочек и едва не задохнулся от скопившихся здесь паров.

Собравшись было оставить позади и этот отсек, я вдруг замер. Действительно ли где-то в этом винном лабиринте мне послышался шорох, или это разыгралось мое воображение? Корабль так скрипел и стонал от обрушившейся на него водной стихии, что немудрено обмануться в таком шуме. Я поднял перед собой палочку и осторожно двинулся между выставленными бочками в том направлении, откуда до меня донесся звук. Через несколько футов один из рядов закончился проходом в другую секцию: шум, вероятно, донесся именно оттуда.

Стоило мне шагнуть в проход, как чья-то тень упала на ближайшую переборку. Я в испуге развернулся, готовый атаковать заклятием, но человек, заслонявший от меня свет лампы, быстро произнес:

— Тихо, Игнотус. Это я.

Передо мной стоял Кадм, обхватив один из опорных столбов, чтобы удержаться при очередном наклоне судна. Разглядеть черты его лица против света было непросто, но что-то во всем его облике показалось мне странным. Тревожащим. В памяти непрошенным гостем всплыл тот жуткий случай с инферналами Скорхилла, когда мне лишь чудом удалось спастись.

Чудом, которое не состоялось бы без моих братьев.

— Кадм? — охрипшим от только что схлынувшей паники голосом, обратился я к нему. — Удалось обнаружить что-нибудь?

— Увы, братишка. Все глухо, — сдержанно отозвался Кадм, добавив: — Пойдем отсюда, пока не задохнулись. Отрыжка пьяницы пахнет приятней.

Я, пожав плечами, последовал за ним в носовую часть трюма.