Серебро и золото для убийцы

Леир привязал к жертвеннику моего мальчика, а Энигея перерезала ему горло, вырвала сердце и бросила в огонь. Ансгар не первая жертва, просто до него в округе пропадали молодые селяне. Тогда я, как прочие, молчал и дождался гибели сына.

— Ты убивал тех, кто намеревался приносить в жертву других людей?

— Да, Вельзевул и я уничтожили тех, кто спускался сюда готовить святилище к кровавому ритуалу. Потом сюда приходили воины, их мы тоже прикончили. Я ждал Энигею, но догадливая сука не совалась сюда.

— Куда девался монах Мабон?

— Отлежавшись в Храме, он побоялся возвращаться в часовню и поселился отшельником в моём доме.

Башня принадлежала мне, и я разрушил её, чтобы она не досталась убийцам. Селян я распугал, и они ушли. Потом Вельзевул придумал ловушку с мухами и опробовал её на Мабоне. Его мухи проникли в чрево монаха, отложили там яйца. Вылупившиеся черви быстро съели Мабона заживо, не оставив даже костей. Вельзевул смотрел на это и смеялся.

К горлу мага подступила тошнота, а черепоголовый продолжал:

— Я надеялся, что в ловушку попадёт Леир, а пришёл ты.

Слуги Пса ратуют за справедливость, так помоги мне! Ты силён — прошу, накажи убийц! Я сделаю то, что ты хочешь, только помоги, умоляю!

Растерявшись, Горгий молчал, думая, что прежде не слышал о том, что с тёмными тварями можно договариваться. Общение с монстрами у Стражей всегда укладывалось в несколько взмахов меча. Помочь чудовищу? Да его же не поймут собственные соратники!

С другой стороны, ложь бы он распознал. В голосе монстра было столько горечи и неподдельного страдания, что, будь он человеком, Горгий постарался бы выяснить обстоятельства исчезновения Ансгара.

Но перед ним чудовище, которое нужно прикончить, а не выполнять его просьбы. Поняв, что маг сомневается, монстр хрипло продолжал:

— Слуга Пса, ты способен отличить правду от лжи. Расспроси Энигею сам и узнаешь, что я не лгу. Ты пришёл сюда уничтожить монстра, так убей меня. Я не стану сопротивляться. Только обещай мне, что накажешь преступников, до которых мне не дотянуться.

Невинной кровью моего сына и других жертв, заклинаю тебя, помоги! Посмотри, на алтаре остались следы крови!

Черепоголовый отошёл, а Горгий приблизился к возвышению, на котором даже без помощи «второго зрения» различались тёмные пятна. Да, это старая кровь. Когда маг коснулся подтёка на сером камне, перед глазами возникло видение — здесь лежал связанный нагой юноша с полными ужаса голубыми глазами, а Энигея заносила над ним чёрное лезвие обсидианового ножа.