Серебро и золото для убийцы

Он обернулся — из стены один за другим выныривали чудовищные крабы и устремлялись за человеком. Выругавшись, Горгий хлестнул по монстрам «ледяной плетью» и перешёл на бег. Придётся уходить вниз. Маг сосредоточился, подпрыгнул и провалился в коридор ярусом ниже. И здесь стены словно сложены из серого камня, и неизвестно откуда льётся немного света, ровно столько, чтобы путники и Проводники могли ориентироваться в пространстве.

Не успел Горгий продвинуться и на сотню шагов, как в том же месте, где прошёл он сам, с потолка посыпались железные крабы.

Опять пришлось ударить по ним «огненным веером» и бежать. По дороге попался одинокий путник, дряхлый старик в рубище. Многие души преодолевали Лабиринт самостоятельно, и помощь Проводников им не требовалась. Но сейчас путнику грозила опасность — монстры мимоходом утащат и его. Превратив старика в камушек, маг сунул его в кошель. Чтобы оторваться от врагов, Горгий обернулся саблезубым: зверь бегал быстрее, хотя и скоро выдыхался. Потом пришлось вернуть человеческий облик.

Твари продолжали гнаться за магом, даже когда он спустился ещё на ярус ниже. Такое упорство было необычным. Горгий обстреливал преследователей заклятиями, пытался путать следы, проходил сквозь стены, стараясь держаться подальше от постов Проводников, прыгал вниз, на бегу собирая попадавшиеся души в кошель. Всё напрасно — крабы не отставали. Похоже, они задались целью во что бы то ни стало догнать человека. «Словно свора собак, которую натравили на зайца», — думал маг. «Но кто мог это сделать? Кому из обитателей тьмы я так насолил? Неужели Вельзевул решил отомстить и приказал доставить меня к себе?» — от этой мысли бросило в пот.

Вспомнилась тварюшка, укусившая в щеку и исчезнувшая в стене. Она ушла невредимой, и, скорее всего, доставила кровь Горгия хозяину, а тот пустил по следу мага своих охотников. Если они его догонят, то уволокут с собой во тьму. Там его поставят перед Вельзевулом, и тот подвергнет врага ужасному наказанию: плоть человека сдерут с костей, выпьют его волшебную силу, а обнажённую душу станут мучить до тех пор, пока не вытянут согласие служить тьме, и не превратят в чудовище.

Такая участь страшнее смерти. Значит, попадаться тварям живым нельзя.

Чёрный поток неутомимых преследователей тёк по следам мага. Шорох лап и щёлканье клешней терзали слух. Воображение рисовало Горгию, как крабы схватят его и потащат за собой, за пределы Лабиринта, туда, где обитают чудовища, злые духи и демоны наподобие Вельзевула.