Осколочные

На этот раз волосатых пацифистов растопчут кирзовым сапогом или анархисты закидают солдатню горючими коктейлями? Интересно, почти как бои генопсов, ставки на которые карфагенцы обожают.

Череп во льду

[Ника, Андер, Энни, Уилл...]

— Выходи, и тебе гарантирован адвокат! Получишь срок в психушке вместо казни! Хватит прятаться, как крыса!Громкоговорители слышны и через две стены, но отвлекаться нельзя.

[Тойво, Альфред, Хелли, Марк...]

— Что? Что за! Лейтенант, там на небе! Оно везде!

[Мира, Эд, Лиз, Лоуренс.

..]

— Что на небе? Прекратить панику!

— Небо падает!

Как страшно кричат стражи порядка. Зато у меня есть минуты, чтобы рассказать всё. Не ручаюсь за точность передачи диалогов и прошу прощения, что опускаю многие детали. В условиях крохотной передышки я готов на небольшой блиц.

Всё началось с натюрморта в столовой семьи Нойманн-Шау. Одним прекрасным утром яблоки, цветы и жидкости на натюрморте испортились, а в центре композиции возник череп. Да ещё и название сменилось.

Мисс Регина Нойманн-Шау, знойная женщина с шестью пластическими операциями в сорок лет, весь вечер нервно молчала к неудовольствию мистера Хаммела, что на десяток лет старше жены.

Похоже, я слишком свыкся с этим местом за четыре месяца. Вы ведь не поняли, что произошло? Попробую записать голосовое в надежде, что кто-то распознает и переведет это в текст.

Меня зовут Йорви Ханессон, и четыре месяца назад я прибыл на Хэйвен-17 с материка. Может, быть дворецким и не почётно, только я не гордый: лучше служить семье аппер-класса на райском острове, чем прозябать в доках старого Каскинена.

Не зря «Хэйвен» звучит почти как небеса. Тридцать пять колоний к северо-западу от Скандии — триумф социал-либерализма. Острова с закрытой экосистемой, Тир-Нан-Ог в реале. Тридцать лет назад я слушал бабушкины сказки про разных эльфов и карликов. Они были страшные и жестокие, как принято на севере. В наши дни прогресс и грамотная политика позволили некоторым стать жителями сказки лично, и совсем без страха.

Так я думал, работая в трехэтажной громаде с бассейном, садом и стадионом, у семьи из пожилого контент-критика, тренерши по йоге и двух их детей.

Конечно, речь не о рисованной картине, а голографическом экране. Сколько мистер Хаммел ни щёлкал пультом, перебирая в меру банальные обои со стоков, череп не исчезал. К тому же, экран потерял цветность, а название фона поменялось на EMPTY.

Дэйв тогда посмеялся.