Свадьба лебедей

***

Голос старой жрицы Матери был гневен:

— Зачем ты пришла?

Мира растерялась. Она не знала, что ответить, а все подготовленные слова словно вылетели из её головы. Сейчас там было пусто. Девушка глубоко вздохнула и опять попыталась собраться с мыслями, но под суровым, невидящим взглядом Яры это было сделать сложно.

— Я хотела... Я думала...

— Хотела она. Думала она. Ты знаешь, что просишь от меня и что за этим получишь?

— Да, Голос Матери — я знаю это.

Жрица удивительно легко для своего возраста поднялась с лавки и взяла в руки палку с раздваивающимся концом.

Она подняла голову, и девушка чуть не захлебнулась от страха, что пробежался вдоль спины мягкими, кошачьими лапами. Несмотря на белесую дымку, что закрывали глаза старой жрицы — казалось, что она смотрит прямо внутрь сердца или в самую глубину души.

— Высечь бы тебя хворостиной по заднице и отправить домой, а там родители еще добавят. Сидеть долго не сможешь.

— Этой мой выбор. И ты не можешь мне в нем отказать.

Яра хрипло рассмеялась:

— Не могу? Я все могу? Я Голос Матери и была им, когда ты голопузая под стол пешком бегала, а кем я была до твоего рождения.

.. Даже сейчас мой внук правит этими землями, а моя дочь стоит рядом с ним. Так что я могу многое. Перед ликом Матери и перед всей Семьей. По праву Земли и по праву Имени.

Мира собрала всю свою волю в кулак.

— Это мой выбор.

Жрица хмыкнула и снова уселась на кособокую лавку, прикрыла глаза и замолчала. Мира переминалась с ноги на ногу и неуверенно смотрела на неё.

На мгновение ей даже показалось, что старуха уснула, а то и вовсе отправилась к предкам. Но веки Яры дрогнули, и она сказала:

— А твой жених? Молодой Яр... Ты же души в нем не чаяла?

Мира вздрогнула. Она никогда не рассказывала никому про свои чувства. Да и встречались они с Яром всего пару месяцев. А теперь... а теперь и не встретятся больше. Никогда.

— Умер значит. Призвал его Дед к себе.

Девушка склонила голову. Слезы душили её.

— И ты сразу решила, что тебе белый свет не мил и надо уходить в служение Матери? Дура ты.

— Почему?

— Ты еще молода. Будут у тебя еще женихи. Отогреют твое сердце, а ты себя скрыть от мира хочешь. И в мир ты больше не вернешься. Весь твой мир будет этот старый дом, поляна, котором стоит Камень Матери и эта скамейка. Соседями твоими будут только звери. Ибо все, кто сюда приходят — не остаются. Они уходят в мир, а ты так и будешь жить тут. И время замрет для тебя. Будешь только ты, Мать и твое сердце.