Сделка с ветром

Его буквально боготворили! Ириде трудно было поверить, что есть хоть кто-то, кого этот человек не доводил до белого каления, а здесь такими были едва ли не все! Они словно не замечали изъянов характера Вэйда. Словно видели его другим человеком.

Глава 11

Когда Ирида закончила с самым вкусным завтраком за последние три недели и казалось, этот день уже не может стать лучше, вернулась Бьянка.

- Закончили с едой, сеньорита? - вежливо спросила женщина и указала жестом на стол.

Ирида проследила направление жеста, совместила его с вопросительной интонацией и уловила общий посыл фразы.

Приложив руку к груди, Моран вежливо улыбнулась и склонила голову. “Спасибо” на линаре ведьма запамятовала, но общую идею благодарности передала. Бьянка вновь улыбнулась, отчего ее лицо словно помолодело на несколько лет, и указала на дверь.

- Идемте-ка со мной, сеньорита, - обратилась к девушке. Пусть даже гостья не понимала слова, но интонацию улавливала достаточно точно - Бьянка это по лицу девушки видела.

Вдвоем они прошли по коридору первого этажа, где служанки смахивали несуществующую пыль с картин и кадок с диковинными растениями. Особняк герцога Кхала прямо-таки сиял натертыми до блеска полами, чистотой и роскошью. Картины, изящные вазы, статуи и гобелены давали глазам возможность насладиться прекрасным.

- Прошу, - обратилась Бьянка к девушке, остановившись перед дверью. Открыла ее и пропустила Моран вперед.

За дверью оказалась небольшая гостиная, оформленная в светло-голубых тонах. Лакированная мебель из темного дерева контрастировала со светлой драпировкой стен. Круглый стол в центре был занят книгами и письменными принадлежностями, а владелец этого добра поднялся со стула, на котором прежде сидел в ожидании.

- Доброе утро, дамы, - поклонился мужчина.

- Доброе утро, - повторила Ирида на линаре, сообразив, что перед ней тот учитель, которого упоминал Вэйд.

Мужчине было хорошо за пятьдесят, что подчеркивали морщины на лице, лысеющий лоб и затылок. Ухоженная бородка с проседью, коротко подстриженные светлые волосы и темно-зеленая по размеру одежда выдавали в учителе натуру, стремящуюся к эстетике. Если бы он стоял ровно, то был бы ростом почти с Ириду, но его сутулость несколько съедала мужскую стать.