Броллахан

Но в небе есть двойная звезда: Лаклан и Робар. Сейчас она сияет ясно.

Ровайн сделала несколько шагов к окну и взглянула на звезды. Для нее все они сверкали ярко.

- Вон там, - старик взял ее за руку и подтянул к себе. Ровайн попыталась вырваться. - Ш-ш-ш, я не причиню вам вреда.

Ровайн окаменела, точно беспомощный зверек в зубах хищника. Рука старого колдуна обвила ее плечи, она ощутила сладкий древесный запах исходящий от него — запах каких-то восточных благовоний. Так пахнут привезенные издалека ткани, когда их распаковываешь в первый раз и достаешь из свертка холстины.

Старик развернул ее, держа крепко, и указал вверх, где и в самом деле сияли рядом две звезды. Они словно перемигивались, и то одна, то вторая тускнела.

- Противостояние вашего мужа и его брата — дело недоброе. От его исхода зависит, будет ваш род процветать, или же зачахнет.

- Чтобы сказать это, не нужно быть звездочетом, - Ровайн наконец вырвалась и сделала шаг назад.

- А вон Меропа. Стыдится своего мужа и потому не светит так ярко, как ее сестры… - сказал старик задумчиво.

Он, кажется, и не заметил, что Ровайн отшатнулась.

- Поешьте, - Ровайн расправила подол, это простое действие всегда помогало ей собраться с мыслями. - Завтра с утра я пришлю к вам служанку с завтраком. Прошу, не пугайте ее.

- Разве я пугаю кого-то? - весело удивился старик. - Конечно нет, добрая госпожа. Я буду смирным, как котенок.

- Это хорошо, - пробормотала Ровайн.

- Нет, - задумчиво проговорил старик. - Вы не Меропа. Вы скорее Тайгета или Майя*.

Доброй ночи, благородная госпожа.

Ровайн выдохнула и поспешно открыла дверь. Сейчас ее особенно беспокоило, что старик-чернокнижник больше не сидит в подвале, что он даже не на цепи и может, если пожелает, свободно разгуливать по замку.

- Мое имя — Акор. И можете запереть меня, добрая госпожа, если вам так спокойнее. Я видел с той стороны двери есть задвижка.

Ровайн покраснела и поспешила выйти. Дверь она и в самом деле заперла, хотя не посчитала задвижку достаточной защитой от колдуна.

* * *

Ночью Ровайн мучили кошмары. Она проснулась, с трудом выбравшись из удушливого липкого сна, подошла к окну и, распахнув настежь ставни, вдохнула полной грудью холодный воздух. Звезды сияли так ярко, и были безразличны ко всему.

Наутро Лаклан опять уехал на охоту, послушавшись совета чернокнижника. Ровайн отправила к колдуну слугу с завтраком, а сама занялась делами, которых в замке всегда хватало. В полдень, улучив минуту, она подозвала к себе Маргарет.