Город во влажной низине

Мужчина, на которого она указала, хотя и прошел уже все степени посвящения, был значительно моложе прочих, лет сорока, не больше. Он приветливо кивал прихожанкам, собирал подношения в медную чашу и то и дело, здороваясь с гостями, словно воин, приподнимал причудливо плетеную соломенную шляпу. Завидев Аджисай, он шляпу вовсе снял и поклонился. Молодая заклинательница поежилась. Она специально надела густую вуаль, чтобы избежать чужих взглядов, но монах словно бы видел через ткань.

- Идем, Анзу, - отрывисто приказала Аджисай и начала пробираться сквозь толпу.

Монах, передав чашу с подаяниями послушнику, стоял и ждал их.

- Госпожа Асунаро, - поприветствовал он, когда Аджисай оказалась в паре шагов от него.

- Святой отец, - почтительно, как того требовали приличия, поклонилась заклинательница.

Нельзя сказать, что Мо Белый Феникс монахов не любил. Скорее так — слегка недолюбливал, считая бездельниками, укрывшимися от трудов за стенами монастырей. Сам он отправлялся в какую-нибудь удаленную обитель, если желал провести время в праздности.

Во всяком случае, сам он так говорил. Отец наоборот, глубоко почитал священников и монахов, всегда готовил подношения и сам в юности хотел пойти по этой стезе, но талант заклинателя в нем был слишком силен. И отец направил все свои силы на служение государству. Таковы были {его слова}. Аджисай, чем старше становилась, тем меньше верила словам, но старалась проявлять неизменно почтение. Даже если монах непристойно подмигивает ее служанке.

- Вы хотели видеть меня, святой отец? - спросила она.

- Пройдите в мою келью, госпожа Асунаро. У меня есть прекрасный чай с гор Ланхая. И разговор к вам.

- Что ж, - после кратких колебаний сказала Аджисай. - Идемте.

Келья монаха была обставлена просто, но изыскано. Должно быть, прежде чем пройти посвящение, он был аристократом, или воином, или, быть может, заклинателем. Во всяком случае, происходил из уважаемой и знатной семьи. На стене в нише за спиной у статуи Просветленного висел изысканный свиток, изображающий водопад.

Аджисай села на подушку, разглядывая его с любопытством, а потом повернулась к монаху.

- Так почему вы хотели видеть меня?

Монах поставил перед ней чашку ароматного чая, сел напротив и спрятал руки в широких рукавах своего облачения.

- Имя мое — Муши, госпожа Асунаро, и когда-то в юности я был учеником вашего деда. Однако, боги не наградили меня большими талантами, и в конце концов я решил податься в монахи и так принести миру пользу.