Вражда

– «Найдут»? что вы этим хотели сказать? – Гертье кинулся к угольным вёдрам, заглянул – осталось мало… и печь горит так, будто умирает.

– А вы не знали?.. ну конечно, вам знать не обязательно. Они сводят вас и женят, чтобы их порода не угасла. Сохраняют кровь. Радетели!

«Обычай жениться на троюродных кузинах, – блеснуло у Гертье новое открытие. – Будто племенное скотоводство!.. Бедняжка Атталина – и бедняга я, куда влип!» Он ссыпал весь уголь в одно ведро и переставил к печке.

– Ничего, согреемся. Пиронафтом оболью – разгорится как в аду!

– Бесполезно, – голос Рагны слабел то ли от холода, то ли от предсмертного уныния.

– Если вы можете управляться с огнём, – свирепо выпрямился Гертье, – то пусть от вас будет хоть какая-то польза. Насылайте, если жить охота! Сюда, – показал он пальцем на печку.

Теперь он целиком и полностью поверил в сказки о ругинках, заклинающих огонь, воду, раны, дождь и волков. К тому же и фамилия! Не надо ни догадок, ни заумных толкований – истина лежала на поверхности, на виду у всех.

– Зачем вы стараетесь? – с упрёком в голосе спросила Рагна. – Всё напрасно! Вам с ними не сладить. Вы – полукровка, а они – чистокровные…

– Ничего, потягаемся и с чистокровными. А насчёт полукровок – выражайтесь осторожней, милая; это звучит оскорбительно. Разжигайте.

– У вас нет угля! это последний!

– Что-нибудь придумаем.

– Прекратите издеваться надо мной! Или выставьте меня – или уходите!

– Не дождётесь. Я вас не выпущу, даже если вы захотите уйти.

– Да вы… с ума сошли от вашей феодальной гордости!

– Благодарю за комплимент. Я постараюсь сохранить этот предрассудок. Так вы будете разжигать?

– Я вас ненавижу! и вы должны ненавидеть меня!

– Мало ли как я к вам отношусь. Есть понятия выше личной неприязни. Короче, договоримся так – вы не совершаете никаких глупостей и поддерживаете огонь в печи до моего возвращения.

– Куда вы?! – пугливо всполошилась Рагна.

– Ах, да… забыл кое-что. Позвольте-ка одеть на вас ольстер. Так теплее.

– Нет, вы ответьте мне – куда вы собрались? – Рагна лихорадочно застёгивала пуговицы, поскольку служанки тут не было. – Вы обязаны сказать!

– Почему – обязан? – Гертье засунул револьвер за пояс.

– Потому что я так хочу! – она негодующе топнула каблучком.

– Хорошо – я иду за дровами. Довольны?

– Да, да.