Бирит-нарим

— Она все также не сводила с него взгляда и не опускала рук. — Лишь завтра после полудня мы приплывем в Лагаш. Разве ты не захочешь крови до того? А при свете дня, на корабле, где столько глаз, как станешь ее пить? Возьми мою кровь сейчас, я…

— Нет, не сейчас! — Девушка отпрянула, а Лабарту продолжал: — Когда мне будет нужно, я позову тебя. Но не раньше. Уходи!

Нидинту поспешно натянула рубашку и метнулась прочь — лишь занавесь зашуршала ей вслед да покрывало осталось лежать возле постели.

Лабарту опустился на пол и сжал голову руками, пытаясь успокоиться.

Непослушные волосы упали на лицо. В воздухе все еще плыл запах желания и страха. И где-то рядом, за незримой чертой, блуждала тень жажды.

Зачем, Илку? Зачем?

Часть третья. Проклятие Аккаде. Глава четвертая. Лагаш

1.

Прежде здесь не было пристани, лишь причальные столбы возле которых качались на волнах тростниковые лодки. А теперь река пестрела парусами — белыми, коричневыми и темно-синими. Здесь пахло рыбой, смолой и людским потом.

Зазывалы надрывались, перекрикивая друг друга, торговцы расхваливали свой товар, о чем-то спорили моряки, рабы сгружали тюки на берег. А солнце, как и прежде, отражалось в мутных, бурных водах Тигра.

Лабарту стоял на берегу, не в силах сделать ни шага.

Это… Лагаш? Мой Лагаш?

— Тут рыбный рынок, — сказал Кури. Он стоял рядом, заслоняясь от палящих лучей солнца. — настоящий базар дальше, на площади.

— Ты был здесь раньше? — спросил Лабарту.

Он пытался удержать воспоминания, не дать им вырваться на свободу.

Что толку вспоминать? Разве это мой город?

Но горячая земля под ногами, едва приметный ветер и высокие пальмы говорили: Да, это Лагаш.

— Был, — кивнул Кури. — Две зимы назад. Вместе с прежним господином.

— Ждите меня здесь, — велел Лабарту. — К закату я вернусь. Мне нужно…

Он запнулся, не договорив. Что нужно? Кровь? Вот трое рабов, готовых отдать свою кровь. Или нужна женщина? Так вот сидит на земле Нидинту — в тонкой рубашке, без покрывала, смотрит снизу вверх, ждет.

Стоит только поманить, позвать.

— Ждите, — повторил Лабарту и направился в город.

Он шел по широкой улице — две повозки, запряженные ослами, смогли бы разъехаться тут — и смотрел по сторонам, впитывал звуки и ощущения города. Люди спешили по своим делам, не обращая внимания на одинокого путника. Никто не уступал ему дорогу, никто не смотрел с почтением и страхом, никто не видел в нем демона.