Камень нищего

– Есть опасения, зло глубоко пустило здесь корни. Бедный юноша оказался на его пути, за что жестоко поплатился. Но смерть невинного подсказывает нам, где корчевать посевы Нечистого. Вы же, сударыня, препятствуя, бросаете на себя тень.

– Ставите под сомнение мою репутацию? – смерил его через полупрозрачную ткань оценивающий взгляд, точно бракованный товар. – Начинаете, чем прежний падре кончил? За клевету иногда приходится отвечать.

– Упаси Господь! И в мыслях нет обвинять вас, – пришлось священнику убавить тон.

– Речь идёт о простолюдинке. Нищей пастушке, которой легко найдётся замена.

– Это мне решать!

– Не совсем так. Расследовать преступления, в которых замешано колдовство – долг и право служителей Господа, представляющих Святую Церковь – земную десницу его воли.

– Вот и ищите преступника! Девчонка виновна лишь в том, что слишком доверчива и неразумна. Иначе б вела себя тише воды, ниже травы, а не явилась в замок говорить мне дерзости. Посмотрю на неё, когда узнает, что стало с её суженным.

Думаю, этого наказания ей уже с избытком!

– Да уж! Знакомо, какие представления они умеют устраивать, – включился начальник гвардейцев, и не подумав командовать отъезд. – Совет: лучше поберегите себя от жалостливого зрелища. Сами сообщим подозреваемой, не привыкать. Заодно оценим её притворство.

– Нет! – одёрнула женщина. – Позвольте мне. Горе невесты, овдовевшей до свадьбы – вам не балаган.

– Хорошо. Только не заставляйте себя долго наблюдать её истерику.

В вашем хозяйстве найдётся толковый кузнец?

– Зачем?

– Знаете ли, в таких делах ремням и верёвкам доверяться не стоит.

– В каких?

– Конвоировании. Известны случаи, когда привлечённые колдовством вредители – крысы или насекомые – перегрызали путы.

– Избавьте себя от лишней головной боли. Сказала, оставьте девчонку в покое!

– Непростительная беспечность держать колдунью в собственном доме даже без оков. Уверен, всё-таки в нашей тюрьме ей самое место.

Пошлите за кузнецом в город, – велел командир своим, – вряд ли здешний умеет обращаться с ведьмами, это вам не смирная кобыла.

– Никто к ней пальцем не притронется! – отрезала дама, впрыгнув в седло, явно ненамеренная дальше вести переговоры. – Извольте вернуться в те границы, в коих вам положено быть! Нечего вооружённым чужакам делать на моей земле! – она пришпорила коня, на ходу подняв вуаль и вытирая лицо.