Долгая полночь

Тут и там в щелях меж камнями виднелось что-то тёмное, очень похожее на засохшую кровь, но Жанна не пыталась это разглядывать. Здесь нельзя смотреть долго на что-то одно. Иначе оно изменится.

Колдунья прошла вперёд по безмолвной улице, следя за окнами домов. Кое-где мерцали голубые огоньки, едва заметно перебивавшие лунный свет, тут и там прямо из мостовой росли свечи, которые приходилось обходить. Жанна шла медленно, стараясь не наступить на колеблющееся под ногами пламя, и лишь когда увидела проем меж домами, остановилась.

Там были люди.

Какой-то мужчина в монашеской рясе с глубоким капюшоном свернул на её улицу и прошёл мимо, задев плечом. Лампадка качнулась, заставив огонь тревожно заметаться. Ещё одна тень проплыла рядом, сверкнув глазами в сторону колдуньи — и равнодушно отвернувшись, как от какого-нибудь камня на дороге.

Духи шли по своим делам.

Жанна не знала, где искать Женщину в Белом, но знания этого и быть не могло: здесь нет дорог, и ни одна карта не поможет за Гранью.

Дома расступились, выплюнув колдунью на вымощенную широкими плитам площадь. Здесь сохранились древние колонны, частью обрушенные, частью ещё целые, а на одной из них сидел корвус.

— Ворон, — Жанна остановилась, подняв лампаду повыше.

— Разве мы приходим только по зову? — ворон повернул голову, пытливо уставившись на Жанну одним глазом.

— Обычно да.

— А сейчас — нет.

— Сгинь, — услышала колдунья знакомый голос, и ворон, недовольно каркнув, вспорхнул в темноту. Жанна повернула голову.

На крайней колонне, прямо на изломе мрамора сидела Женщина в Белом. Платье её сливалось с камнем, бледное лицо расплывалось в неярком свете, делая её ещё больше похожей на призрака.

— И вновь ты приходишь в место, которое боишься больше всего, — мягко сказала она. — Зачем, колдунья? Неужто тебе так важно узнать, что происходит в Руайяне? Ты ведь выполнила задание.

— Что с того? — Жанна не дрогнула. — Дела куда хуже, чем думал король. Я не могу бросить город.