Берег Живых I - Наследники Императора

должна сохраниться.

Жрец поклонился, соглашаясь.

Этот короткий разговор отнял почти все силы, но воин должен был узнать ещё кое-что.

— Открой мне имя своё и тех, кто нашёл меня, — тихо попросил он. — Когда придёт время... я отблагодарю вас как подобает.

— Зови меня Перкау, господин. Я имею честь быть Верховным Жрецом этого храма.

Воин инстинктивно попытался сжать руку в кулак, вспоминая, как силился удержать рядом музыку. Размеренно, насколько позволяло его затруднённое дыхание, он произнёс:

— Но ты не был.

— Музыкой? Ах, да... То были молитвы, мой господин. Священные гимны.

— Среди них была песня, обращённая... именно ко мне. Она звучала... для меня одного... всё это время. Я помню... Путеводная звезда... яркая, как Звезда Разлива...

— Ты слышал волю Владыки Ануи. Если смотреть в глаза чуду слишком пристально, то оно может истаять, как рассветная дымка.

Стиснув зубы, гость старался опереться о ложе. Но легче было удержать одной рукой боевую колесницу, чем пытаться сейчас приподняться или хоть немного пошевелиться. В глазах потемнело, и боль, едва не лишив сознания, заставила его приглушённо застонать.

— Не надо тебе пока двигаться, господин, — мягко проговорил жрец, бережно удерживая его за плечи. — Скоро, но не сейчас. Каждое усилие должно быть взвешенным, иначе ты снова впадёшь в забытьё, близкое к смерти, и рискуешь больше не найти дорогу на Берег Живых.

Воин вынужден был смотреть на служителя Стража Порога снизу вверх, и это разгневало его. Он вложил в свой взгляд и голос достаточно силы, чтобы указать бальзамировщику, с кем тот говорил.

— Я, Хэфер Эмхет, желаю знать, кто спас меня.

— Боги спасли тебя, царевич, руками тех, кто пропускает сквозь себя Их волю. С некоторыми из нас Они говорят особенно ясно.

Не гневаться царевич не мог. Но эта вспышка стоила ему всех едва вернувшихся сил, и сознание снова начало ускользать от него.

— Пусть музыка звучит ещё... — выдохнул Хэфер, закрывая глаза. — Она нужна мне, чтобы... разжечь огонь жизни ярче.

— Возможно, она будет прокрадываться в твои сны, господин.