И остался только пепел

— Прости, господин десница, я… конечно, я благодарю тебя за спасение моей жизни, я в неоплатном долгу перед тобой, — начала оправдываться она, но взглянула в его глаза и увидела там лишь искорки смеха, губы кривились в тщательно сдерживаемой улыбке. В первое мгновение она не знала, как реагировать на это, но все же улыбнулась. Робко, самыми уголками губ. Однако Верениру пока и этого было достаточно.

— Оставлю тебя, приводи себя в порядок, а если понадобится что-то — дерни за веревку у кровати, кто-то из слуг обязательно услышит.

За ужином я хочу, чтобы ты мне рассказала все, что произошло, — его тон снова принял серезный вид. Перед уходом он мимолетно коснулся воды кончиками пальцев, снова шепнув что-то — над ванной стал подниматься густой пар. — Это чтобы не было холодно.

***

В некоторых местах платье пришлось сдирать чуть ли не с кожей. Теперь оно годилось разве что на половые тряпки. И то неизвестно, обрадуется ли кто-то такому подарку. Впрочем, пусть Эйла сама разбирается, куда эти лохмотья девать.

Даже если бы Исхе пришлось ходить в простыне, она ни за что не надела бы это снова.

К счастью, таких крайностей удалось избежать. Служанка вскоре принесла все необходимое: нижнюю рубаху и чулки, шерстяное платье, очень похожее на то, в котором была сама: серое и закрытое, а также несколько пар мягких кожаных башмаков, из которых удалось выбрать самые подходящие по размеру. Теперь осталось решить вопрос с волосами.

— Не могла бы ты принести мне зеркало?

Эйла смутилась:

— Но господин десница сказал…

— Не нужно меня жалеть, — перебила Исха.

— Просто принеси это окаянное зеркало!

Темнело. Вместе с зеркалом размером с ладонь Исха получила и лампу. Она тщательно расчесала еще влажные волосы, которые теперь сладко пахли цветами шиповника. Местами огонь настолько испортил локоны, что их пришлось обрезать почти на локоть, на три четверти длины.

Что ж, по крайней мере, теперь от нее не несет гарью. Исха задумчиво оглядела совсем не радующий глаз результат. Волосы теперь едва доставали до плеч, этого не хватало даже на короткую косу.

Она решила оставить их как есть — распущенными. Но была еще одна трудность: как теперь спрятать шрамы? Снова помогла Эйла, которая быстро куда-то сбегала и принесла длинный и широкий шерстяной шарф насыщенного темно-зеленого цвета. В него Исха укуталась почти до самых глаз. В каменном замке гуляли сквозняки, здесь даже в самую сильную жару оставалось прохладно, так что шарф решал вопрос не только эстетический.