Смутьяны. Том I

На такое добро мигом слетаются лихие люди, как мухи на свежую коровью лепешку. Еще в те времена стоило свернуть в темный переулок, и тут же почуешь нож у горла.

Прошла неделя с того момента, как они покинули разрушенный Таман. В дороге их сопровождала сырость и жуткие заморозки по ночам, от которых мог спасти только Ефимовский по-особому сложенный костер из трех крупных бревен. Заморозки, может, и не так крепки, как зимние морозы, но почему-то всегда от них мерзнешь сильнее.

Изгибы полузаросшей дороги скрывал живой частокол сосен.

За ними, если верить следопыту, должна показаться развилка тракта: одна дорога ведет к центру страны и столице, другая — к великому граду Игольску. Над головой с гоготом пролетел клин гусей. Забравшись так далеко, теперь они вынуждены возвращаться к югу. Игоря всегда удивляло, что птицы готовы преодолевать дни и месяцы, лишь бы вернуться домой. Каким бы он ни был неприветливым.

Ефим не ошибся, еще до полудня они увидели Рудной путь, сухопутную часть огромного торгового пути от Игольска до Ярограда и прочих городов центральных уездов.

Как рассказал Аким, река Белая в своем истоке чересчур бурная и узкая, чтобы по ней ходили тяжелые плоты с железом и серебром. Знаменитые пороги реки проскакивали только легкие суда. А потому от кузнечного города слитки и торговое железо везлись по суше до небольшого порта Белев, откуда их сплавляли вниз по течению.

Оказавшись на перепутье, герои остановились. Перед ними возвышался огромный столб-указатель. От времени, дождей и ветров дерево потемнело и потрескалось, но столб стоял еще крепко.

Вставленные в пазы указатели резными деревянными ладонями указывали три направления. Направо Белев, налево Игольск, назад Таман.

— Мы почти прибыли, Элин, — негромко сказал Игорь чародейке. — Мы вернем тебе память.

Девушка лишь печально улыбнулась. Дорога на кузнечный град была намного лучше прошлой, хотя бы тем, что не поросла бурьяном. Все промочили ноги насквозь в зарослях костра, лебеды и кипрея. Грязь широкого тракта замерзла от ночного заморозка, что не может не обрадовать любого путника.

Башня становилась ближе с каждым шагом, воодушевление отряда только придавало ему скорости. Позабыв про усталость и даже про обед, они шли к городу, важнейшей вехе во всем их путешествии. Но что-то всетаки было не так. Вдали виднелся тонкий поток людей. Многие из них ехали на загруженных телегах, иные тащили мешки со скарбом за плечами. К вечеру отряд наткнулся на их лагерь.