Отрок московский

А с нею тает, словно кусок масла на солнце. Виданное дело — девке позволять в разъезды с дружинниками скакать?

— А как же ее родители отпускали? И почему Илья им пожаловаться не мог?

— Родители... — вздохнул смоленский дружинник. — Матери у нее давно нет. Преставилась еще в год, когда под Дорогобуж князь Александр ходил. А отец... Нет, ты лучше не расспрашивай меня, а то сболтну лишку по-стариковски. Лучше не надо. — Мал даже затряс стриженной «под горшок» головой, будто стараясь отогнать искушение.

Никита пожал плечами:

— Нет так нет.

Выпытывать против воли ничего не хочу. Когда решите, что пора, сами все расскажете. Только уж и вы не выпытывайте у меня ничего. Все равно не скажу ничего.

Так они замолчали до самого Витебска.

Уже заприметив в неясном лунном свете громаду крепостной стены, парень подумал, что в город их, конечно же не пустят. Кто это станет ворота ночью открывать? Да и зачем, если задуматься? Постоялых дворов и посаде должно хватать. И дешевле там...

Он оказался не прав.

Ворота до сих пор держали нараспашку. Да не одну половинку, а обе створки, чтобы болок и сани с товарами проехать могли. Рядом с недовольными стражниками стояли двое мадьяр в коротких полушубках и барашковых шапках. Удерживая ладони на рукоятках кривых сабель, он низко поклонились Андрашу и отступили с дороги, пропуская обоз в город. Никита успел заметить, как в руки седоватого стражника — должно быть, старшего над витебчанами — перекочевал округлый мешочек. Понятно, что ради одного только почтения к чужестранному гостю никто не стал бы нарываться на разнос от местного князя или воевод.

А за хорошую мзду и пострадать можно. Даже потерпеть, если суровый командир вздумает по шее накостылять.

Как успел шепнуть вновь разговорившийся Мал, Витебск был старым городом. Ну, не старше Великого Новгорода или Киева, но с Москвой запросто мог поспорить. В народе говорили, что заложила его еще княгиня Ольга. Мол, проезжала она по Новгородской земле, ставила погосты[3] по рекам Мсте и Луге, а на обратном пути проезжала место, где Витьба впадает в Двину.

Видно, глянулся ей удобный пригорок, защищенный обрывистыми берегами, а так же мудрая правительница не могла упустить возможность держать под надзором сразу две реки. Вот и основала на левом берегу Витьбы небольшое сперва поселение с деревянными кольями вместо огорожи. А, скорее всего, там люди уже жили, и Ольга пришла «на готовое», только повелела укрепление соорудить.