У бездны на краю

Все, кроме Бидо и Гастона; последний, довольно осклабившись, назидательным тоном произнес:

- Для мишени арбалетной, недогадливые мои. Или не видели ни разу, как стреляют по «попугаям»?

Пока Гастон рассказывал товарищам про арбалетные стрельбы в пригородах, Арно, внимательно глядя под ноги, все сильнее углублялся в осиновый лес, тревожно шелестевший под порывами поднимавшегося ветра.

***

- Ты где так долго был? - в голосе Гастона скользили усталость и досада. – Мы уж начали думать, не случилось ли чего?

- Соскучились, дети мои? – довольно улыбнулся Арно.

– Или без меня никак? Вот, на пожарить вам принес, - добавил он, высыпая на землю помятую кучку разноцветных грибов.

- О, славно! – придирчиво разглядывая тугие боровики и посиневшие на сломе подосиновики, Гастон брезгливо взял двумя пальцами сиреневого цвета гриб. - А это что за поганка?

- Сам ты поганка, - покачал головой Арно. - Это аметистовый гриб, весьма питательный, не хуже твоих дубовиков.

- А еще что нашел интересного? Что с попугаем-то? – поинтересовался Керре.

- Попугай, увы, не полетает сегодня. Кроме гнилушек, нет там ничего. Зато деревеньку нашел, прямо за лесом. Похоже, это Монтень. Видать, сильно мы отклонились от реки. Башня ведь должна была за деревней быть, а оказалась – перед.

- Что еще за башня?

- Сеньоры Монтеня который уж год строят. Видимо, денег всё не хватает или еще чего. В прошлый раз я ее застал недостроенной – и сейчас мало что изменилось.

Только рвов понакопали вокруг, видать, на целый замок замахнулись. Ну а вы как тут отобедали, без жертв?

Товарищи Арно промолчали, хотя недовольство прямо-таки сочилось из их хмурых лиц.

- А к сыру чего не притронулись? Испортится же! И репой побрезговали, привереды. Мне, что ли, оставили? Где моя доля? – осматривая поляну возле костра, недовольно пробурчал Арно.

Гастон протянул ему половину курицы и увесистый ломоть ржаного хлеба.

Затем, немного помолчав, добавил:

- Репа – она хороша, когда вареная, да с беконом, под уксусом. И с листьями горчицы...

- А фазанов в одуванчиках тебе не подать, мой изысканный Гастон? – язвительно перебил приятеля Арно. - А то ты только скажи - я мигом сбегаю. Собирайтесь-ка лучше, братие, в дорогу, покамест я тут вкушаю от трудов своих. А то уж вечер близится, а до Кастийона - еще шлепать и шлепать.