У бездны на краю

- Ишь куда вознамерился! А Гиллен-то ему чем мешал? Он же вообще францисканец?

- Едким языком своим, наверное. Или еще чем – поди их разбери. А тебе что, Гиллен совсем ничего не рассказывал?

- Да я не расспрашивал как-то. Сказал только, что опасно стало в аббатстве, что трое уже умерли он паховой болезни и что братьями все сильнее овладевают позывы невысокого качества.

- А ты этого Адемара хорошо знаешь? Говорят, он бордоским евреям задолжал сильно. И никто не знает, на что ему вдруг монеты понадобились. Слухи ходят один нелепее другого.

Рассказывают даже, что-де камень колдовской хотел купить. Не слыхал ты про такое? – Ивар внимательно посмотрел на приятеля.

- В камни колдовские я не верю, - равнодушно пожал плечами Дамиан. – На что ему серебро – тоже не ведаю. Может, бегает по ночам к даме Фераис.

- Кто это? – заинтересовался Ивар.

- Есть там у нас такая макрель. Заведение держит недалеко от замка Ломбрьер. Похоже, покрывает ее кто-то на самом верху. Во всех смыслах. Появилась у нас лет пять назад, откуда-то с севера, чуть ли не из самого Парижа.

И тут же зело борзо в гору пошла. Пытались сковырнуть ее недоброжелатели, и не раз – да только зубы обламывали. Но тебе ее арлоток все равно не потянуть – цены там, доложу тебе, аховые.

- Не похоже, чтобы нашего Адемара, в его-то возрасте, интересовали арлотки, - резонно заметил Ивар.

- Тоже верно. Ну, может, еще какие удовольствия запретные. Травы дурманные те же. А скорее всего – подкупить кого-то хочет. Если, как ты говоришь, он в аббаты метит.

- Переписчики рассказывали мне, что у Адемара с аббатом нашим будто бы давняя распря тлеет, и что некая женщина тому причиной стала. Слыхал ты что-нибудь про это?

- Каким местом тут аббат ваш замешан, я не знаю, - покачал головой Дамиан. – Но да, была одна давняя история. Очень давняя, мы тогда еще и не родились вовсе. Еще до пастушковских бесчинств дело было. Рассказывают так, что Адемар наш возлюбил одну еврейку...

- Кого?! – вытаращил глаза Ивар.

- Не знаешь, кто такие еврейки? – насмешливо взглянул на него Дамиан.

– Ну да, сейчас он их племя на дух не переносит, но раньше, видать, все было иначе. И случилось это не у нас, в Бордо, а в наваррской Эстелье. Скандал, конечно, вышел жуткий, когда прознали про их шашни. Вроде даже до беременности долюбились. В общем, прознал про то эстельский раввин и распорядился крайне сурово: отрезать «кровосмесительнице» нос и выслать ее в дальние места. С тех пор ваш Адемар и возненавидел колено Иудино.