У бездны на краю

- И с чего же ты решил, что ее обязательно кто-то занес? – не выдержал тот.

Гримо уже открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент из-за спины Ивара, от входа в скрипторий, послышался негромкий чуть пришепетывающий голос:

- Любая болезнь есть наказание Господне за грехи. Каковы же суть грехи славного города Бордо, что были бы столь тяжелы и непростительны, что потребовали от Господа сурового наущения чад своих? Что сделали горожане такого, чего не делали бы жители прочих мест? А я скажу вам – что: позволили жить среди себя иноземцам и иноверцам, не верящим в сына его Христа.

И не токмо не верящим, но и втайне хулу на него возводящим!

Элемозинарий* Адемар, шаркая деревянными сандалиями об каменные плиты пола, вошел в скрипторий в сопровождении двух послушников. Лицо его с отвисшими брылями, напомнившее Ивару морду старой обиженной собаки, чуть заметно подрагивало.

* Монах, отвечающий за раздачу милостыни.

- Приветствую тебя, брат Адемар! – приложил Ивар руку к груди. - А ты заметно приободрился с нашей последней встречи.

Стало быть, ты полагаешь, что Господь наказал брата нашего Эстева за исполнение монашьего долга странноприимства? Уместны ли речи сии в устах монаха, ex officio* обязанного одарять милостыней странников, путников и даже прокаженных?

* Лат. «по должности».

- Только если они не враги Господа нашего! Или я, по-твоему, и иудеев с измаильтянами должен подкармливать? Не жирно ли им будет, и без того напитавшимся христианской крови?

- Однако же, брат Адемар, - услышал Ивар из-за правого плеча негромкий голос наваррца Гиллена, того пожилого францисканца, с которым они едва не повздорили в самый первый день пребывания Ивара в аббатстве Сент-Круа.

- Ты сказал не только «иноверцам», но и «иноземцам». Кто же те злосчастные иноземцы, коих приютили в стенах своих жители Бордо? Надеюсь, ты не имел в виду наших гостей из Англии, сопровождающих будущую королеву Кастилии, принцессу Джоанну Вудстокскую?

- Разумеется, нет, мой дорогой Гиллен. - Брыли Адемара затряслись заметно сильнее.

- Ты отлично знаешь, кого я имел в виду. Слишком много скопилось в нашем аббатстве находников-чужестранцев, норовящих насадить свои порядки и умонастроения. И явно злоупотребляющих гостеприимством нашего отца настоятеля.

- И мессир де Сермет лично тебе сообщил о своем недовольстве приглашенными им гостями, не так ли?

- Наш настоятель всегда следовал пожеланиям братьев. А братья считают, что чужакам не место в нашем аббатстве и в нашем городе.