Королева Лисиц

Почти в то же время под Порт-оф-Слейт явились тайлтийцы вместе с ламарской пехотой. Для такого визита герцогу Тайлти с его айнфалльриттерами, пришлось вместе со всеми своими конями и латами взгромоздиться на табранские галеры и проделать неблизкий путь морем. Отводя душу на штурме города, спешенные тайлтийские латники в яростной уличной схватке вырезали скафильский гарнизон. Город горел, тайлтийцы как обычно носились взад-вперед с факелами, пока не были убиты и развешаны по стенам все пойманные солдаты.

Дольше всего пришлось возиться с Тадмайром.

Табранцы поначалу взяли его, но Скафил подступил на кораблях и высадил войска, после чего их противник оказался в меньшинстве. Табранский генерал поджёг город и прихватив казну принялся отступать вглубь побережья. После того как самый древний город побережья сгорел дотла, скафильцы, будто бы победившие в этой схватке, внезапно поняли, что им не досталось ни казны ни города. Охранять пепелище не было никакого смысла, лезть в кишащий табранцами Нордланд совсем не хотелось, а потому они погрузились на корабли и отбыли восвояси.

Прогнозы Брадана сбывались с одной лишь поправкой – вместо растрёпанной войной Действующей армии, табранцы пустили в ход ландвер – вооруженное ополчение, которое не принимало участия в минувшей войне, и коего у них оказалось на удивление много.

Конечно, ходили слухи о Талладской резне. Одни говорили, что табранское войско понесло огромные потери, другие же говорили, что солдаты ландвера набранные в Нордланде легко растерзали на берегу маленький скафильский отряд, а тело скафильского ярла разрубили на столько кусков, что его даже не смогли найти.

А Мэрон между тем хотела найти брата, но решительно не знала где его искать.

Между тем, надо было как-то жить, и однажды утром она отправилась в лес. Вся деревня наблюдала за ней, подозревая, что она собирается по каким-то своим ведьминым делам. Убедившись, что за ней наконец-то никто не следит, она нашла нужную ей поляну, и принялась копать на совершенно ровном месте, отмерив расстояние посередине между двумя деревьями.

Здесь хранился кошель, спрятанный её мужем на черный день – остатки золота и серебра от проданного скота. Она привезла кошель домой и принялась думать, как всем этим распорядиться.

Услышав снаружи какой-то шум, она выглянула за порог, и внезапно увидела там сразу десяток Ауэрштедов. То были табранские кавалергарды, одетые в одинаковые дорожные плащи, и оттого казавшиеся ей абсолютно одинаковыми на лицо.