Королева Лисиц

Раз они уже подписали бумаги о разделе земель, надо полагать, понимают, что сами согласились с таким порядком дел. И тут уже больше никакие бумаги не помогут. Они уже должны понять, что Юленшерна слишком хитрый и жадный, он ни за что не отдаст то, что однажды попало к нему в руки.

— И что же они предпримут, по—твоему? Они ведь не нападут на Скафил - своего союзника?

— Думаю, именно это они и сделают. Они явятся сюда. С мушкетами и пушками.

— Брадан, но ведь ты говорил, что у Табрана сейчас нет сил, чтобы идти сюда войной?

— Боюсь это так и есть, Мэрон.

Они не смогут напасть прямо сейчас. Их армия тоже истрепана войной. Повеселились на славу, сожгли города. Дорог на этом берегу Сольвейна просто нет. Так что думаю, нам придется ждать. Наверное, четыре или пять лет, пока они решат, что достаточно сильны, чтобы исполнить свои планы.

— Но если табранцы придут сюда, Скафил тут же пойдет на союз с северянами. Нордланд сразу восстанет.

— Нордланд не восстанет. Северяне тоже не дураки. У них нет войска.

Оно разбито. Если они это сделают, всё кончится тем, что тайлтийский Герцог-Смерть явится со своими убийцами прямо в Оддмаггир, и вся эта спесивая северянская знать будет заживо гореть в каком-нибудь сарае, с дверями подпертыми телегой. Табранский герцог, знаешь ли, весьма хорошо устроился, заполучив в союзники этого мясника – может теперь изображать из себя святошу сколь ему угодно.

Мэрон наморщила лоб:

— Мне кажется что, этот табранский вельможа какой-то болтун. Разве он станет рассказывать о таких важных планах? О них ведь могут узнать те же скафильцы.

— Здесь как раз нет ничего удивительного. Если об этом уже сейчас говорит их знать, рано или поздно заговорит весь народ. Это никак не остановить. Вопрос только в том, когда это случится.

— Брадан, растолкуй мне, какая нам выгода от того, что табранцы придут сюда? Они ведь просто сделают нас своими рабами, мы только поменяем хозяина.

— Я думаю что табранцы все сделают по другому.

— Почему?

— Потому что они табранцы. А эти — скафильцы.

— Перестань меня морочить, Брадан! — Мэрон сморщила лицо.

— Ладно. Вот, гляди как у нас дело обстоит. Юленшерна прислал сюда своих ярлов. Эти ярлы ничего не понимают в здешних делах, в наших обычаях, не знают нашего языка и поэтому они просто сидят в городах. Их власть распространяется за пределы городской стены только тогда, когда они идут собирать дань. Кроме дани их ничего не интересует. Они не глупые, но бесцеремонные. Эта земля для них чужая.