Баюн и сердце мира

- Уж не Авикой ли зовут твою внучку названную?

- Точно, а ты знаешь ее?

- Да что сидим здесь, куда бежать-то, искать ее, милую?! – заметался по избе заполошенно.

Насилу Ягиня его усадила на лавку.

- Сядь, торопыга! Сейчас ворожить буду, где она. Я ведаю, а ты смотри да запоминай.

Достала Ягиня блюдечко с поливной глазурью, белое с голубой каёмочкой. Из корзины, пошарив, вынула яблочко наливное. Стала катать его по блюдечку, заговор выпевая. Врика напряжённо смотрел на донышко. Вот под яблочным бочком глазурь растворилась, увидел он, словно птица парящая, озеро огромное в берегах болотистых, посреди остров немаленький.

На нем селище, в селище терем, в тереме клеть темная, а в ней на полу Авика обнаженная, скорченная, в синяках лиловых. Застонал Врика, вскочив.

- Смотри, как добираться будешь,– рявкнула Ягиня.

Снова парил взор Врикин над озером, потом к берегу метнулся, там к тропке звериной спустился, стремительно пролетев над нею, у тына с черепами замер.

- Все ли запомнил, молодец?

- Да, бабушка, да собирай скорее! Сейчас и пойду!

Наметав запас в суму, Ягиня особо сложила гребешок частый и ленту шёлковую, что девки в косы вплетают.

- Как найдешь Авику, да погоня за вами будет, отдашь ей, она знает, что с ними делать. А сидит взаперти она у дряговичей, видно в жертву ее выбрали их хозяину навьему, Ящеру поганому. Ну, Боги тебе в подмогу, успей спасти ее от погибели!

Врика мчался по лесу дремучему заветной тропкою. Лишь пару часов позволил он себе вздремнуть и снова пустился в бег.

Зверьё дикое с пути разбегалося, птицы замолкали. Но возник и потек в беге рядом огромный волчище, Врикин брат лесной, слуга верный Велеса. Метнув взгляд на него, Врика оскалился радостно, уверенность в победе наполняла его. Так бежали они волчьим шагом до болота гиблого вкруг озера огромного. Там серый брат, завертел носом, лапы ставя осторожно, дорогу понадежнее выбирая. Войдя в холодную воду поплыли они рядом, толкая попеременно мешок непотопляемый с запасами.

Долго плыть пришлось. Врика замёрз, силы его таяли.

Вот и берег долгожданный! Но волк резко свернул, поплыл в бок, вдоль берега. Врика, доверяя ему, без плеска греб следом.

А на берег вышли люди, смеялись, что-то радостно обсуждали. Вода далеко разносила их говор. Врика вслушивался в речь, память его быстро выискивала знакомые звуки. В который раз возблагодарил он отца своего названного, что вдолбил в голову нерадивого отрока столько знаний, языки нечеловеческие. Звуки сложились в знакомые слова.