Баюн и сердце мира

На супрядках*** в тереме боярыни Брянчиковой, собрались её закадычные подруги, солидные матери семейств. Посидев недолго для порядка за принесенным рукоделием, боярыни приступили к главному в этот вечер, к чаепитию. Вот к нему бабоньки отнеслись серьёзно, вдумчиво. Чай заварили на молодильных травах да на яблочных дольках сушеных, с серединкой, выбирая те, что с семечками. Такие чаи пили девицы для хорошего цвета лица и здоровой кожи.

Душевно беседуя за угощением, согласно кивая друг другу, каждая старалась молвить свое слово:

- А я уж, так рада, так рада, что отказали моему сыночке, ведь что выходит? Несчастья Авика приносит женихам своим! Намедни Часлав Белозер к ней сватался, и что?!

- Что?! – подруженьки-сплетницы легли грудями на скатерть узорчатую, чтобы не упустить ни словечка, сблизили кики рогатые.

- Словил стрелу на охоте на уток! Где утки, и где охотники! Земля и небо! – боярыня Сапегина вплелась в беседу. – Убили его! Подстрелили!

- Ах, нет же, злой рок то, ну, встал под выстрел, – сверкая глазами, вступила другая.

- А стрелу-то никто не признал…

- Дознание было, ничейная стрела!

И боярыни многозначительно переглянулись.

- Вот я и говорю вам, истинно, чёрный сглаз у Авики на женихов-то! – победно заключила боярыня Бранчикова, откинувшись на спинку скамьи резную.

Все эти сплетни приводили Авику в отчаяние. В один из приездов Врики, когда он пришел на шахматы, Авика расплакалась у него на груди. Боярин мрачно рассказал молодцу о происходящем.

Врика обещал придумать что-нибудь.

Опросив свидетелей несчастных случаев с помощью своих друзей, обследовав место происшествия, поговорив с Атхарваном Велеса и ведуньей Макоши, Врика понял, что все несчастья подстроены. Подпилены балки у моста, настил проломился, лошадь с поломанными ногами утонула, утянув всадника. По всему, именно Хранитель устранял возможных соперников, а доказать нечем.

А вскоре и сам Хранитель послал сватов к Авике с предупреждением, что ему не отказывают.

Не то пострадает ее отец. И Авика попросила время привыкнуть к мысли о замужестве с ним. Верховный Атхарван был ещё противнее князя. Почему-то чары его на деву действовали отвращающе.

Авика была в ужасе. Из-за неё опять гибнут люди, и теперь безвинные! А ведь дар ее – созидание, но она несёт смерть! И дева твердо решила исчезнуть, уйти в пустынь.

Как обычно, поутру молодая чародейка отправилась в Храм, но домой не вернулась.