Баюн и сердце мира

Не помнил Маджари, как вышел к стойбищу, вроде бы песец впереди бежал, подзывая его тявканьем. Появление подростка отметили собаки, захлебываясь лаем, но держась на расстоянии. Подойдя к чуму шамана, Маджари оглянулся. Над окоемом из темноты поднимался узкой кромкой живой свет Сурьи.

- Нет, это все не со мной, - успел подумать Маджари, падая на руки шамана.

Несколько дней подросток пролежал в беспамятстве. Он изменился. Волосы его стали совершенно седые, их белизну было видно даже сквозь грязь. А когда он, наконец, открыл глаза, шаман отшатнулся, узрев стальной ледяной оттенок.

- Ну почему, зачем он к нам вернулся?! Из страны смерти никто не возвращался. Оживший мертвец? Духи переродили его, и теперь он будет сильный колдун. Ох, не к добру. Лучше бы сгинул у великанов, как и все они,- такие мысли обуревали шамана, разглядывающего щуплого подростка.

Но причинить вред он боялся. Север отпустил мальчишку, и нельзя идти ему наперекор.

Марджари стали лучше кормить, и вскоре он стал выбираться из чума, беспрепятственно, без прежнего надзора бродить вокруг стойбища, мечтая о побеге.

Никто не заставлял его больше работать, а еду давали с почтением, стараясь не смотреть в страшные прозрачные, словно замершая вода, глаза.

Весна уже робкими шагами пошла по земле. И все радовались карканью первого прилетевшего ворона, вот потекли бесконечные ручьи, потянулись шумные стаи перелетных птиц, что вернулись на гнездовья. Нетерпенье обуревало отрока. К деду, к дедуле, скоро, скоро! За день он стал уходить все дальше и дальше от стойбища.

После жуткой зимы Марджари сильно ослаб и теперь вырабатывал выносливость.

В своих прогулках он стал видеть странных существ, что ходили вокруг, старательно огибая людей. Это существа играли друг с другом, ловили рыбу в ручьях, шли куда-то по своим делам. Иногда они задевали людей, и те спотыкались на ровном месте. Марджари почему-то совсем их не боялся. Они притягивали его, были интересны. Он стал приносить им часть своей трапезы, существа сначала его дичились, но потом привыкли, даже иногда одаривали его своей добычей.

Они пытались с ним говорить, и Марджари стало казаться, что он их начинает понимать. Отрок пытался расспросить о них шамана, но тот в страхе только делал отвращающие духов знаки.

Между тем Сурья уже поднялся высоко, полярное лето вступило на порог тундры, и Марджари поставил себе срок бежать на Родину следующей ночёвкой. У него все было готово: припас, нож, огниво.