Игра Герцога

Но в общении с Голенищевым она по-прежнему могла позволить колкости, грубости, вплоть до того, что выставляла его без слов из своего будуара, словно была полноценной и независимой хозяйкой всего этого «благородного» заведения.

Вот и сейчас Голенищев не знал, что ждать от неё, и потому стоял, переминаясь с ноги на ногу, глядя, как на блестящую лаком ореховую столешницу ложатся карты:

– Ты сейчас, наверное, очень занята, Джофранка? Я тебе не помешал? Только скажи – и я сразу же уйду! – трудно было поверить, что эти тихие, заискивающие фразы произносит именно он.

Джофранка, всё также сидя и чуть помахивая ножкой, меняла карты в раскладе и молчала. После долгой тишины она наконец произнесла:

– Что-то происходит, не могу только понять… Кто же он – этот таинственный, великий король пик, тёмный лорд, что соблаговолил явиться в наш скучный, пропадающий мир…

– Ты о чём, прости?

– Он пришёл, и уже где-то рядом, вот здесь! – она указала на карты. – Но с какой целью? Зачем пришёл?

– Нет, ты не понимаешь, это я – Николай, я пришёл к тебе, Джофранка! Какой ещё такой тёмный лорд, о чём ты?

– Будет так нестерпимо жаль, если он проследует мимо, и не призовёт меня! – ответила она, но не Голенищеву, она по-прежнему размышляла сама с собой.

– Рядом с ним дама треф, это, видимо, моя прабабушка. Да, – цыганка положила длинные, блестящие тёмно-синие ногти на обе карты, осторожно, даже с каким-то почтением погладила их. – Вижу, что они были знакомы в далёком прошлом. Её он призвал тогда, и она помогала, отдала ему жизнь. Верно, это было в эпоху царя Петра, когда чёрный герцог приходил в последний раз…

Голенищев покряхтел, настроение совсем упало. Не раз он видел, как его подопечная, если её с большой натяжкой можно было назвать так, говорила вещи запутанные, напоминающие бред. И вот теперь – так не к месту, когда ему нужно было расслабиться перед важным делом, снять напряжение, Джофранка погрузилась в этот свой сумрачный мир.

За окном поднялся ветер, и тут цыганка впервые подняла глаза на исправника.

От этого взгляда захотелось укрыться, бежать, прятаться! И огоньки от свечей, отражённые в зеркале, ещё сильнее напомнили чьи-то злые, недовольные очи, что буравили его, как бы говоря: «Это кто ещё посмел тут находиться?!» Осторожно взяв колоду, Джофранка принялась раскладывать карты ниже короля пик. Казалось, они искрились и оживали в её ладонях. Увидев расклад, цыганка изумилась, и чуть провела языком по ярко-красным губам.