Кровавый цвет вина

Он вел себя скорее как иностранец, привыкший к совсем другой системе правил и ценностей. Этой системе Фред следовал неукоснительно и от других по мере возможности требовал того же. Например, он приучил меня прибирать за собой одежду, не дожидаясь, когда это сделает Кэт, говорить “спасибо” и “до свидания” торговцам и обращаться на “вы” к абсолютно всем людям преклонного возраста, даже последним оборванцам. Не могу сказать, что это было для меня сложно, ведь я хотела стать его женой, а жене положено во всем слушаться мужа.

* * *

Я крутилась у зеркала, все еще не оставляя надежды научиться причесываться самостоятельно. В это утро Фред никуда не поехал и даже не стал прятаться в кабинете. Он предавался необычному для себя безделью: лежал на кровати с гитарой поперёк живота. Издаваемые им звуки нельзя было назвать игрой, потому что играть Фред почти не умел, а только перебирал струны на одном и том же аккорде. Вчера он побывал в Белой Крепости, снова повидался с родителями, но встреча эта скорее расстроила его, чем обрадовала.

- Не понимаю я твоего отца, - внезапно произнес Фред, - Что с ним не так? Если бы моя дочь связалась с каким-то хлыщем, да еще и переехала к нему жить, я бы из кожи вон вылез, но вразумил бы ее и вернул домой, а Гольдшмидту будто бы вовсе… прости, пожалуйста, но как будто бы вовсе плевать на тебя!

Я не думала, что подобные слова могут ранить меня.

- Он считает, что я опозорила его род, - глухо выдавила я.

- И это повод смириться с тем, что ты ушла из дома?

- Наверно.

В груди закипело и заныло от обиды. Мне было прекрасно известно, что отец – самый близкий мой родственник на этом свете – ни капельки меня любит, презирает, пользуется мной. Я не человек для него, не женщина, не дочь. Я – оружие. А Фред – такой понимающий, добрый, деликатный – неужели не видит, что мне больно об этом говорить? Или это не просто разговор? Что он имеет в виду? Уж не намекает ли, что я гощу у него слишком долго?

Я разозлилась.

- А твой отец? Какой он? - спросила я, отлично помня то задание, которое дал мне генерал.

- Он правильный. И честный. Он как рыцарь. В наше время таких людей уже не встретишь.

- Вы хорошо ладите?

Фред замолчал. Слова вдруг стали даваться ему очень тяжело.

- Да… до недавнего времени – да.