Кровавый цвет вина

Полиция не справлялась с восставшими, и властям города пришлось привлечь к подавлению армию. Меньше всего на свете мне хотелось, чтобы Ларс оказался в столь опасных условиях, да еще и из-за меня.

Обеими руками я крепко взялась за перила. Я узнаю правду, а отец не продвинется вперед и на метр, пока всего мне не расскажет!

- Ответь, что случилось!

Отец не стал препираться. Он взял меня за плечи и отодвинул в сторону. В его руках было столько силы, что у меня не осталось ни малейшего шанса удержать позиции. Но это не было поводом сдаваться.

Я пошла за ним следом.

- Ты скажешь мне! Довольно уже продержал под арестом. Скажешь! Ты выслал его из-за меня? Теперь из-за меня Ларс может пострадать?!

На последних словах мой голос истерически дрогнул, и отец это заметил. Высказать все свое неудовольствие в лицо оказалось куда меньшим злом, чем стать свидетелем моей новой истерики. Он остановился и обернулся ко мне.

– Капитан фон Гюнтервальд – военный, Майя. Быть готовым пострадать или даже умереть за Родину – его священный долг!

Эти слова обрушились на меня словно ушат ледяной воды.

Я застыла, бесполезно хватая воздух губами.

- Ты жестокий. Ты просто неоправданно жестокий!..

Отец ничего не ответил, резко развернулся и ушел в кабинет.

Я вцепилась в перила лестничной террасы и заставила свои онемевшие легкие сделать вдох. Перед глазами словно во сне стояло смущенное лицо Ларса фон Гюнтервальда. Ну почему, почему он стал военным?! Ведь в мире столько хороших профессий! Медицинский халат или чиновничий сюртук подошли бы ему куда больше, чем проклятый изумрудный мундир!.

. Хотя о чем я вообще говорю? Чтобы увидеть причину бед Ларса мне достаточно взглянуть в зеркало!..

“Не вздумай себя винить!” - шепнул внутренний голос.

Но я и не винила, мне сделалось бесконечно страшно. Что если я приношу несчастья? По коже пробежал отвратительный холодок. Будто я не одна здесь, будто за спиной моей постоянно кто-то стоит. Он пишет моей рукой, он говорит моим голосом, моими руками ткет полотно мрака и раздора.

Что если мой гневливый бес вовсе не фигура речи, а самый настоящий демон, порождение вполне себе настоящей тьмы?

Я резко обернулась. Коридор был пуст, лишь где-то вдалеке слышались приглушенные голоса слуг.

- Габри! - громко позвала я.

Из восточного крыла дома тут же послышались торопливые шаги. В следующий миг она уже бежала ко мне, трогательно придерживая чепчик.

- Да, фройляйн!

- Полуденная служба уже прошла?

Габри посмотрела в сторону окна.

- Нет, фройляйн.