Скиталец: Живая кровь, мёртвая кровь

У одной из кормушек, с еловым узором на ножке, сидела серая белка и вертела в лапах сосновую шишку. Она не испугалась, не дернулась даже, головой не повела в сторону прошедших мимо всадников, давая понять, что зверьё у царского двора совсем ручное.

Сквозь деревья проступила открытая парадная дворца, и дружинники остановили лошадей, спустились на землю. Морен последовал их примеру, и тут же, словно из ниоткуда, выскочили молодые конюхи, поймали коней под уздцы и увели их. Морен невольно отметил, что даже конюшенные при дворце одеты в шерстяные кафтаны с золочёной нитью в узоре и выглядят куда богаче, чем он в своём поношенном плаще.

Скитальца повели по длинным коридорам дворца, словно желая показать всё его великолепие. Построенная из того же серого камня, что и весь остальной город, обитель царской семьи оказалась удивительно светлой и красочной внутри. По одну сторону каждого коридора и каждой комнаты тянулись высокие широкие окна, а стены напротив, как и потолки, украшали живописные рисунки.

В причудливых орнаментах Морен узнавал мотивы из сказок и подвиги прошлых князей, памятные события в истории Радеи. Двери меж палатами также украшала диковинная роспись, и у каждой стояли дружинники, с копьями в правой руке. Собранные, с гордо поднятыми головами и прямой осанкой все как на подбор в ярко-красных кафтанах с золотым узором. После серого, как слякоть, города и сонного заснеженного леса вокруг дворца, все эти краски и цвета резали глаз, и Морен ощущал себя неуютно.

Его привели в царскую трапезную. Там, за длинным столом, уставленным всевозможными яствами, которых хватило бы на пару десятков человек, обедали царь Радислав и его молодая супруга. Завидев гостя, они прервали беседу и обратили свои взоры на него. Царица разглядывала Морена с удивлением и любопытством, будто чудную зверушку, а царь смерил его тяжелым, вдумчивым взглядом. Но затем широко улыбнулся, поднялся и, раскинув руки, вышел из-за стола. Всё выглядело так, будто он хотел обнять его, но близко так и не подошёл.

— Дорогой Скиталец! Добро пожаловать! Пригласил бы тебя к столу, да знаю, что откажешься. Чем могу порадовать аль отблагодарить тебя?

— Рассказать, зачем понадобился, и, если дело только в благодарности, отпустить на все четыре стороны.

Царь громогласно, весьма наигранно рассмеялся.

— Говорили мне, что ты дерзок, да я не слушал.

В последний раз Морен виделся с царём Радеи, когда тот был ещё нескладным, хмурым подростком.