Круги по воде

— Ничего, — сказал посол, — затишье часто сменяется бурей. Может быть, нам ещё придётся обнажить оружие.

***

Крепость Констанс

В голубятне, как всегда, было тихо и тепло. Голуби ворковали, стучали лапками, нарушая сонную тишину. Человек, вошедший в первую комнату чердачного помещения, привычно осмотрелся. Он слишком торопливо поднялся по ступенькам и слегка запыхался. Постоял немного, успокаивая дыхание и прислушиваясь. Но времени не было, и человек нетерпеливо пошарил в потайном кармашке за пазухой. Вытащив крохотный цилиндрик, проверил привязанную к нему тонкую прочную нить.

Зажав цилиндрик в руке, направился к маленькой дверце за старыми клетками.

Собственное ли слишком шумное дыхание подвело его, или недостаток времени, заставивший торопиться, но он потерял обычную осторожность, которую втайне считал излишней, но которая была необходима всегда. Он толкнул дверцу и вошёл в маленькую комнатку, давно забытую всеми. И застыл у порога, забыв о послании, что было зажато в его мгновенно вспотевшей ладони.

На него смотрел старик Фике, удивлённо моргая белесыми ресницами. Старый слуга, ухаживающий за голубями, как за родными детьми, был не слишком любопытен, и никогда не лез в дела, которые не касаюлись его любимых птиц. Он мог проснуться среди ночи и тут же перечислить всех самцов и самочек, обитающих в тщательно ухоженном чердачном помещении. Мог бесконечно долго рассуждать о сравнительных достоинствах каждой птицы.

Теперь старик озадаченно рассматривал голубя, вынутого им из клетки.

И человек, только что вошедший сюда, с пугающей ясностью понял, что старику тоже ясно, как день, что это не простые голуби. Почтовую, быстрокрылую и ладную птицу опытный глаз не спутает ни с какой другой. Фике уверенно и твёрдо держал спокойно лежавшую у него в ладони птицу, поглаживая её огрубевшим от работы, но таким нежным пальцем, и разглядывал её лапки.

— Это вы, — сказал он, подняв глаза и улыбаясь доверчивой улыбкой, открывавшей его поредевшие от старости зубы.

— Как хорошо, что вы пришли. А я уж собирался пойти вниз. Кто-то держит здесь почтовых птичек. Непорядок это, держать их в таком месте. Вот, посмотрите сами. — Он обвёл рукой тесное помещение.

И старик, аккуратно держа голубя в руке, направился к выходу из комнаты.

— Пойду, посажу пока эту красавицу к моим деткам. Уж у меня найдётся для неё клеточка получше.

Человек молча заступил ему дорогу. Он не хотел делать этого. Но у него не было выбора.