Рыцарь и Смерть

Когда ж замрешь недвижно

За каменной стеной, –

Ее дыханье слышно

Все ближе за спиной,

И путь твой – как в тумане,

И грезишь наяву:

Коса минует камень,

Коса найдет траву.

– А повеселее у тебя ничего нет, а? – проворчал Христиан. – Она и так постоянно за нами идет, зачем еще вспоминать?

– А веселее дальше будет, – не прекращая играть, пообещал Франц. – Ты дослушал бы, а потом уже лез.

Он снова ударил по струнам и продолжил:

– А дальше – Бог рассудит,

И нечего скрывать,

Пусть двух смертей не будет, –

Одной не миновать,

На солнце сгусток мрака, –

Ты знаешь: это знак,

И ты – вперед, в атаку,

В руках сжимая флаг,

Она – неотвратима,

Она – со всех сторон,

Но пули свищут мимо,

Ты как заговорен,

И путь твой – сталь и пламя

И труб литая медь -

Сломав косу о камень,

Угомонилась смерть.

– Ладно, сойдет, – буркнул Христиан, наливая в кружку пиво из жбанчика. – А все равно бы лучше петь о чем-то другом.

Франц усмехнулся и продолжил:

– И снова мир завертит,

А жизнь забьет ключом,

Ты знаешь, что бессмертен, –

Тебе все нипочем,

Но ясным утром ранним

Когда-нибудь весной

Знакомое дыханье

Услышишь за спиной.

И, пережив все битвы,

Затихшие вдали,

Без мысли, без молитвы

Падешь на грудь земли,

Холодными руками

Печать судьбы скрепя:

Нашла коса на камень, –

А смерть нашла тебя!

Франц напоследок провел по струнам и наконец отложил мандолину, также придвинув к себе кружку.

– Совсем дурак, – вынес суждение Христиан.

Сидевший чуть поодаль юный Фридрих просто молча кивнул, как всегда, соглашаясь со старшим братом.

О приближении французов по одной из трех дорог доложил вскоре один из патрулей. Что ж, мимо деревни они точно не проедут, захотят разместиться на ночевку, – тут-то им и будет приготовлена веселая встреча залпом из длинных пехотных ружей, а затем задушевный разговор с саблями и пистолями. Между хатами в нескольких местах были заранее свалены охапки сена и хвороста: поджечь – минутное дело, а там уж пойдет потеха при свете костров.

Впрочем, встреча с врагом вышла еще более горячей и неожиданной, чем они ожидали: судя по всему, о готовящейся засаде было известно, а потому французы вовсе не планировали размещаться на постой в деревне. Засада обернулась ловушкой для тех, кто ее организовал: помимо отряда, замеченного патрулем, по другим дорогам подтянулись еще три таких же.