Проклятая Черной Луной

И правда, какая кому теперь разница, что госпожа гуляет без сопровождения, если есть проблемы поважнее? И все же она старательно скрывалась в тени цветущих деревьев, пока не вышла к площадке рядом с прудок, где расположился бродячий театр. Это был отдельный мир, над которым не были властны ни болезни, ни восстания. В десяти метрах от них маршировали солдаты императора, готовые принять стрелу от мятежника, а среди актерских палаток Кенджи Сао расхаживал в костюме Императора-Солнца, а его товарищ Мики белил лицо, чтобы походить на Императрицу-Луну.

Горели огни, пахло благовониями — настоящий островок спокойствия среди всеобщей готовой вот-вот прорваться паники.

Ики несколько минут простояла в тени, дожидаясь, пока Кенджи не посмотрит в ее сторону. Когда он, наконец, повернул голову, девушка вышла на свет. Подкрашенные углем брови актера взлетели и потерялись в линии роста волос.

— Госпожа, — прошептал он и тт же бросился к ней, уводя в ближайшую пустую палатку. — Ики, что ты творишь? Тебя же могут увидеть!

— Госпожа Мин знает, — на одном дыхании выпалила Ики.

— Я хочу уехать. Давай уедем. Я согласна!

— Ики… — Кенджи нежно провел ладонями по ее щекам, притянул к себе и крепко поцеловал, почти отчаянно.

— Пожалуйста, давай уедем, — всхлипнула девушка, когда ей, наконец, удалось вздохнуть.

— Ики, уже поздно. Нам приказали оставаться здесь и защищать дворец.

Глава 15. Возвращение

Замерший — словно смерть застала его врасплох — Лян никак не шел у Яры из головы. Она видела его в отражении на поверхности воды, слышала его голос в порывах ветра.

Занятная вещь: Лян никогда не вызывал у Яры особой симпатии. Этот вульгарный человек, не трудившийся подбирать выражения, был ей даже омерзителен, но теперь, когда он умер, Яра сожалела о нем. Она раскаивалась в его смерти так, словно он был самым близким для нее человеком, братом или отцом, а она хладнокровно и жестоко его убила. Хотя, что может быть более жестоким, чем смерть, которой не ожидаешь? Можно ли вообще ожидать такое? Был человек — и его не стало. И она одна была тому виной.

Эти мысли вновь и вновь заполняли ее разом, утягивая в вязкое отчаяние. Сперва невеста и гордость семьи, потом заложница, любовница, предательница. А теперь еще и убийца. Яра дернулась, как от пощечины.

— Госпожа Кин, — Юн дождался, когда ее взгляд прояснится. — Это был несчастный случай. Вы ни в чем не виноваты. К тому же, если вам станет от этого легче, этот ублюдок заслужил.