Девиз Рыцаря том 3 Mea Culpa

Даже Вивьен больше не беспокоила. Внутри оборвалось всё и погасли последние искры. Жизнь осталась в прошлом, там, за стенами Шато-де-Пьерфон. Остатки он похоронил сам, этой ночью, на заднем дворе замка, вместе с телом бедняжки Мари.

-Ты должен знать, Амори. Ливерд был болен проказой. Сомнений в этом нет, - сказал вдруг Крусак, когда они вдвоём уже поднялись на стену.

Юноша отстранённо молчал. Тем не менее, он всё осознавал. Конечно, это многое объясняло. Ливерд не даром спешил со сдачей, боясь, что противник пойдёт на жестокий штурм и погубит всё и вся в этом замке.

Но при этом казначей хотел и заполучить зелье. За тем он застал Филимора. И заставил его слить всю кровь у девочки. Ему нужен был эликсир, чтобы избавиться от хвори. И тем скорее, чем замок будет сдан. Негодяй погубил дитя из-за собственного страха. А виноват всё равно Амори. Ведь это он начал поиски эликсира. Он инициировал обряд, заставил Филимора его провести и уговорил бедняжку Марию отдать свою кровь. Малышка доверилась ему, как другу… А вышло всё вовсе не так. Ливерда нет. Он ответил за подлость. Но вину делить юноше теперь не с кем. Увы.

-Снадобья теперь хватит всем, кто ещё не потерял надежду, - хмуро констатировал Амори. - Филимор о них позаботится.

-Всё так, - кивнул Крусак. - Но мы так и не знаем, что стало причиной вспышки хвори в шато. Да, это настоятель всё учинил. Но как и зачем?

-Как? Он отравил воду. Это же понятно. Один из кувшинов был подан лично прево, вероятно. Другие - солдатам и слугам. Так и распространилась зараза.

-Каков же мотив? Сумасбродство старика? Не похоже, - прикинул лучник. - И потом, как он добыл голову того несчастного монаха, что заразился проказой?

-Кто знает. Еуген уверовал в то, что проказа - не что иное, как наказание грешникам. Монах был таковым. И нас настоятель решил приравнять к нему. Быть может, и так. А может, его кто-то надоумил. Не знаю.

Юноша задумчиво глядел в хмурую даль. На самом же деле ему уже не было дела до того, кем был настоятель - сумасбродом или нет? Стоял ли за ним кто или нет? Всё равно.

Как и не интересовала юношу уже даже собственная дальнейшая судьба.

Крусак тоскливо взглянул на Амори. Печально было видеть ему своего друга в таком состоянии. Где же тот пылкий юнец, который рвался в бой и жаждал победы?

-Скажи, Амори, ты действительно готов был умереть от руки своего друга Луи?

Юноша обернулся и коротко взглянул на лучника.

-Я знаю, что ты чувствуешь. Винишь себя? Справедливо. Но не стоит опускать руки.